В приемной сидел писарь, обложившись бумагами, и гусиным пером чесал нос:
– Можно ли поговорить с городским главою?
– Он занят, подожди.
Я хмыкнул, времена меняются, а нравы те же.
Наконец открылась дверь и вышел дородный господин в жилетке и брюках черного цвета.
Ему бы черный пиджак и галстук, ничем бы не отличался от чиновников моего времени.
Я встал с лавки, попросил уделить время для разговора. Мы зашли в скучно обставленную комнату, мне указали на стул. Присевши, я коротко изложил суть своей просьбы – организовать нечто вроде ополчения для борьбы с ворами и разбойниками. Городской голова постучал пальцами по столу.
– Дело, может, и хорошее, да нужны деньги и люди.
Ешкин кот, ему бы еще пару телефонов на стол и вместо писаря длинноногую секретаршу. Я поблагодарил и извинился за оторванное время. Видно, бюрократия родилась раньше, не при советской власти, а значительно раньше. Действовать сам я не мог, меня могли обвинить в самоуправстве или самосуде. Я сел в возок и задумался. Скоро я уеду в Москву, надо ли начинать новое хлопотное и наверняка затратное дело? С другой стороны, сидеть просто так было скучно. По натуре я был человек деятельный, активный. Да и для города дело было полезным. Решил съездить на княжеский двор, посоветоваться с Афанасием. Этот «серый кардинал» хорошо знал все городские новости и местную политику. Афанасий был во дворце, и я ему выложил про свою задумку и посещение городского головы. Слушавший сначала внимательно, при упоминании слов головы откровенно засмеялся.
– Глава ничего решать не хочет, перевыборы скоро, он знает, что его не выберут, не приглянулся, вот и делать ничего не хочет. Чего ж сразу ко мне не подошел?
– Так ведь думал, что эти дела городские власти решают, чего же сразу к князю идти?
– Ладно, лекарь, иди пока. Я поговорю с нужными людьми, зайди дня через три.
Дел хватало и в госпитале, здесь долечивались раненные в смоленском походе, кого удалось привезти живыми. С тяжелыми я занимался сам, показывая и объясняя все своим помощникам, с выздоравливающими или легкоранеными они справлялись сами. Во время недолгих минут отдыха я размышлял, кого оставить вместо себя управляющим моими предприятиями.
Продавать пока дом, сахарный заводик, ярмарку с аттракционами, лесопилку не хотелось. К тому же надо было определиться с кораблем и с долей в банке. Продать все это можно было быстро, желающих купить прибыльное производство хватит. Но что мне делать, если в Москве дела не заладятся или придется возвращаться?
Поскольку мое решение коснется не только меня и членов моей семьи, но и сотни поверивших мне людей, выбор надо было тщательно обдумать.
Я прикидывал, кого достаточно хорошо знал, кто потянет дело и не обманет. Тщательно я взвешивал каждую кандидатуру.