В мире громких парусов и алых штор начинается тревожная тень. Ты посвящена будущему принца, видишь себя в его роли - но каждое новое достижение только усиливает ощущение невероятного давления. И вот ты растешь, стремясь быть лучше и правильнее, каждый шаг становится тяжелой ношей, пока не осознаешь: жизнь заставляет тебя жить по другим правилам, чем те, что тебе говорят....
— Вы хотите сделать Ларе предложение?
Ярослав поперхнулся кофе.
Глава 92
— Откуда такие странные выводы?
— Ну вы ведь встречаетесь с ней.
— Нет. С Ларой в некотором роде… сценический роман. Для прессы.
Тяжело посмотрела на продюсера. Вот чего он врет?
— Лара как-то в разговорах упоминала, какая у вас милая кошка Найта.
— И что? — глаза Левина весело заблестели.
— И ничего, — пожала плечами. Я-то помню, как мне было обидно, когда мы стояли как-то одной большой девичьей компанией актрис, и Лара многозначительно рассказывала, что любимая питомица продюсера у нее буквально с рук ест, и при этом Лара так на меня ехидно поглядывала.
Ярослав допил кофе и серьезно на меня посмотрел.
— В общем, нет. На Ларе я не собираюсь жениться. И, полагаю, хватит о личном. Да, кстати, скорее всего где-то через неделю нам надо будет улететь в Тунис. С местами для съемок будущего клипа почти определились и договорились.
Кивнула в знак того, что приняла информацию. Подобного рода задачи для меня становятся делом привычным. Через несколько минут подъехало мое такси. Встаю.
— Спасибо, что угостили шоколадом и… спасли мою жизнь.
Левин хмыкнул.
— Не за что. Хоть каждый день.
Поворачиваюсь, чтобы уйти.
— Саша!
— Да?
Ярослав хмурится.
— У тебя там что-то…
— Что?
— Кажется, кровь.
— Где?
— Подойди.
Подхожу, Левин берет меня за талию, тянет к себе и усаживает себе на колени.
— Ярослав Леонидович! Это не смешно. Отпустите.
Пытаюсь встать, Левин не дает.
— Саша, извини, но я не могу отпустить тебя. У меня стресс. Чуть не потерял свою самую лучшую и любимую певицу. Вот сейчас отпущу тебя, а ты пойдешь, вдруг где-нибудь поскользнешься и с моста упадешь. Под машину.
Вот тут я, конечно, заинтересовалась.
— Вы мне льстите, Ярослав Леонидович. Какая же я самая лучшая и любимая. Наверняка у вас были… и есть получше.
Чувствую, как рука начальника касается моей спины, медленно, ласково гладит, спускаясь все ниже и ниже. Зажмурилась от удовольствия и резко дернулась в попытке неожиданно вскочить, но Левин был начеку, удержал.
— Это не я льщу, Саша. Это ты себя недооцениваешь. Причем сильно.
Ярослав подался вперед и зашептал мне на ухо:"
"— Я вижу, например, как сходит по тебе с ума Макс, и как он старается быть везде, где ты выступаешь вживую.
