Ливи покачал головой. Жаль, что он не выбрал число один - ему бы больше подошло. Затем он вздохнул, когда обнаружил номер два: ноги были короче, а юбка — длиннее, и бюст был даже немного меньше идеального размера, хотя лицо было привлекательным. Но вот номер три! Как жаль, что это богиня всего лишь третьего уровня, не столь высоко как пять. Никаких вызывающе коротких юбочек и призывно-блестящих вырезов — вместо этого великолепный силуэт и идеальный держание....
Он уселся на веранде, курил сигарету за сигаретой и ждал рассвета…
* * *Открывать глаза было страшно, казалось, что от солнечного света голова заболит еще сильнее. Хотя куда уж сильнее… Господи, зачем она вчера так напилась?! Алиса приоткрыла один глаз – оказывается, все не так страшно, шторы на окне были плотно задернуты, в комнате полумрак, можно открывать второй глаз…
Панкратова в спальне не было. Сбежал.
Алиса его понимала, она и сама собиралась сбежать.
Зря они… Теперь будет во сто крат тяжелее жить.
Надо сходить к Зинон, покаяться в своем грехе. Подруга всегда могла ее утешить одним только взглядом. Что же она так долго не возвращается? Скоро два месяца, как ушла…
А все из-за Панкратова! Если бы он уступил им магазин на Кутузовском, у Зинон появился бы стимул. Алиса села, сжала виски руками. Вот она и вернулась, ее подружка-ненависть, и ждать долго не пришлось…
Панкратов нашелся в кухне.
– Как спалось? – спросил он, не оборачиваясь.
– Нормально, – сказала она, поежившись: из распахнутого настежь окна тянуло утренней прохладой.
– Есть будешь?
– Нет.
– Ясно.
– Новости смотрел?
– Двадцать четыре человека.
Она сжала кулаки, обожженные ладони отозвались болью. Они с Панкратовым – везунчики, им удалось выжить.
– Мне нужно домой.
– Я вызову такси. – Он так и не обернулся.
– Мое платье порвано.
– Что ты предлагаешь?
– Это ты его порвал, – сказала Алиса с нажимом.
Панкратов резко встал, ухватил ее за рукав, потащил вверх по лестнице, втолкнул в одну из комнат, распахнул шкаф, рявкнул:
– Выбирай!
Шкаф был забит женской одеждой.
– Это ее вещи? – Алиса не хотела спрашивать, но все равно спросила.
– Это вещи моей матери, – отчеканил Клим. – Переодевайся, я пошел вызывать такси.
Рыться в чужих вещах не хотелось, Алиса, не глядя, выбрала джинсы и хлопковый свитерок.
Панкратова в доме не было. Дверь, ведущая во двор, оказалась распахнутой. Алиса вышла на крыльцо, осмотрелась. Клим стоял у бассейна, смотрел на воду и курил. Алиса нервно поежилась: бассейн навевал неприятные воспоминания. Она ведь так и не научилась плавать. После того случая десятилетней давности она панически боялась воды.
