Ливи покачал головой. Жаль, что он не выбрал число один - ему бы больше подошло. Затем он вздохнул, когда обнаружил номер два: ноги были короче, а юбка — длиннее, и бюст был даже немного меньше идеального размера, хотя лицо было привлекательным. Но вот номер три! Как жаль, что это богиня всего лишь третьего уровня, не столь высоко как пять. Никаких вызывающе коротких юбочек и призывно-блестящих вырезов — вместо этого великолепный силуэт и идеальный держание....
Или это ей захотелось его увидеть? Панкратов не знал.
Прорваться к Зинон оказалось нелегко. На сей раз подступы к ее палате охраняла дородная неулыбчивая медсестра. Это надо же! Два месяца никто не охранял, а тут и ребята из службы безопасности, и медсестра!
– Вы к кому? – спросила она строго.
– Я к Зинон, Зинаиде. Вы не волнуйтесь, я ее друг.
– А откуда мне знать, что вы действительно друг? – поинтересовалась медсестра. – Ее, между прочим, охранять велено! Приказ администрации. Вон, даже двух молодцов отрядили.
– Слушай, мать, – сказал Клим ласково, – молодцов этих отрядил я. Правда, ребята? – Молодцы энергично закивали. – Так что ты пусти меня, уж будь добра. Нам с Зинон поговорить надо.
Медсестра недовольно поморщилась, но от двери отошла, проворчала чуть слышно:
– Совсем с ума посходили, поговорить ему, понимаешь, надо. Это с коматозной-то больной!
Клим хотел было тетку одернуть, но передумал – не до того сейчас.
– Я ее нашел, – сказал он, всматриваясь в безмятежное лицо Зинон. – Она была в Зазеркалье, как ты и говорила. Она и сейчас там, а врачи пытаются ее вытащить. Она с тобой? Да, Зинон? Так ты ее отпусти. – Он немного помолчал. – И сама возвращайся. Я тут подумал – на кой хрен мне офис на Кутузовском?! Я его вам отдам. Только вы возвращайтесь, обе…
Зинон ничего не ответила, но на сердце у Клима полегчало, и появилась надежда, что все будет хорошо…
Операция закончилась, и «люди в белом», те, что забрали Алису, сразу вдруг стали нормальными людьми, готовыми и поговорить, и успокоить, и рассказать, как все прошло и что будет дальше.
И они успели: и вытащили, и вернули. А гениальный нейрохирург Полянский оказался молодым мужиком, не старше самого Клима. Во дела! А Панкратов-то думал, что доверил жизнь Алисы убеленному сединами старику.
– С ней все будет хорошо. – Полянский устало потер глаза. – Не сразу, понадобится какое-то время. Травма была достаточно серьезная и, кроме того, старая. Скажите. – В его голосе вдруг зазвенела сталь. – Где она была все это время? Почему вы не отвезли ее в больницу сразу?
Клим достал из кармана пачку сигарет, повертел в руках, сунул обратно, сказал:
– Я потерял ее четыре дня назад, а нашел только сегодня, вот такую.
