Ливи покачал головой. Жаль, что он не выбрал число один - ему бы больше подошло. Затем он вздохнул, когда обнаружил номер два: ноги были короче, а юбка — длиннее, и бюст был даже немного меньше идеального размера, хотя лицо было привлекательным. Но вот номер три! Как жаль, что это богиня всего лишь третьего уровня, не столь высоко как пять. Никаких вызывающе коротких юбочек и призывно-блестящих вырезов — вместо этого великолепный силуэт и идеальный держание....
– Банкир посмотрел на Зинон с обожанием, еще раз улыбнулся Алисе. – Дамы, вы очаровательны! Смею ли я надеяться на ваше общество этим вечером?
– Смеешь, смеешь, – великодушно пообещала Зинон. – Мы с Алисой от тебя не отстанем.
Ремизов воздел глаза к потолку, сказал доверительным шепотом:
– Я счастливейший из смертных!
– Но мы небескорыстны, – сказала Зинон с хитрой улыбкой.
– Дорогая, а разве женщины могут быть бескорыстны? – Банкир удивленно нахмурился.
– Хорошо, что ты это понимаешь. – Поверх его головы Зинон подмигнула Алисе.
– А я люблю тебя за искренность, моя пантера. – Ремизов довольно усмехнулся. – Ну, что тебе от меня нужно?
– Не мне, а нам, – поправила его Зинон. – Борис, нам нужен кредит.
– Кредит?! – он разочарованно вздохнул. – Только и всего? А я уже приготовился доставать луну с неба.
– Луну пока не надо, но я над этим подумаю, а ты подумай насчет кредита.
– А что тут думать? – банкир развел руками. – Дам я вам кредит.
– Но ты же не спросил, о какой сумме идет речь! – Зинон выглядела ошарашенной.
– Ну, во-первых, ты мне об этом непременно сообщишь, а во-вторых, насколько я понял, ты же не просишь деньги в подарок, ты просишь их в долг. А кредит – это отнюдь не убыточная затея, во всяком случае, для меня. Так что, дамы, я готов пойти вам навстречу, но только при одном условии… – Голос Ремизова неожиданно стал серьезным.
– Все, что угодно, дорогой, – с придыханием сказала Зинон. Выглядела она при этом не как бизнес-леди, а как легкомысленная дурочка, выпрашивающая у «папика» очередную безделушку.
От волнения у Алисы заломило в висках. Ну разве так решаются серьезные дела?! А что, если Ремизов не до конца понимает, какая сумма им нужна? Может быть, все-таки стоит ему сказать? Она уже открыла было рот, но банкир ее опередил, с нежным укором посмотрев на Зинон. Сказал с грустью:"
"– Дорогая, «все, что угодно», – это слишком много.
– Борис, ты, как всегда, прав, – сказала Зинон с чувством.
