В книге "Судьба непринятой пройдет" читатель погружается в глубину чувственных ощущений, когда каждая клеточка тела становится уязвимым местом. Пробуждение новых переживаний и стремление вернуться к привычному равновесию создают невероятно драматичную атмосферу. События разворачиваются в момент, когда силы сознания пытаются справиться со свирепым потоком эйфории и неземной легкости, словно выныривая из глубин божеского блаженства....
…Агата улетала от его губ, от его поцелуев и ласк, и тело ее плавилось под его нежными, но требовательными руками, она потерялась где-то в страстности, захватившей ее с самой первой минутки, когда, оказавшись в номере, не сговариваясь, они качнулись друг к другу и уже не могли разорвать объятий и прервать поцелуй.
С ней происходило волшебство, и творил его этот мужчина, и она отвечала ему столь же жаркими, откровенными ласками, и рвалась вперед, и звала за собой, и шла за ним. Он слышал и чувствовал ее безошибочно, каждым своим нервом, каждой жилкой настроенный на эту женщину, и вошел в нее, поднимая их обоих на следующий уровень – туда, выше, выше, подарив яркий оргазм-освобождение сначала ей и лишь потом отпуская и себя за ту же грань.
Лежали на боку лицом к лицу, смотрели друг на друга и долго молчали. Просто смотрели и молчали. И когда Агата почувствовала, как ее прекрасная истома и великолепное «послевкусие» от пережитого великолепного оргазма тихо перетекают в легкую сонливость, отметив, что и мужчина прикрывает понемногу глаза, она усмехнулась:
– Каждый раз, когда мы с тобой встречаемся, мы либо засыпаем, либо занимаемся интимно-сексуальной близостью.
– Красиво назвала: «интимно-сексуальной близостью», – улыбнулся Югров. – Я еще такого определения не слышал. – И предложил: – Вино-фрукты, легкие закуски на балконе, для атмосферы, или, может, что-нибудь перекусить посущественней? Ну, под разговор.
– Балкон отличный выбор, – согласилась Агата, – там же, по идее, должны стоять столик и кресла.
– Не любительница алкоголя? – уже привычно заражаясь ее улыбчивой веселостью, поинтересовался Югров.
– Не особая, да мне сейчас просто не требуется стимуляторов, я и так… парю и вся переполнена энергией и восторженностью, – честно призналась Агата.
На открытом балкончике и в самом деле обнаружился предполагаемый столик с креслами – уютный уголок для созерцания открывающегося отсюда вида на море.
Но они не спешили начать беседу, поймав состояние великолепной, божественной расслабухи, когда утомленное тело словно растекается в полном довольстве и неге. Агата поедала клубнику, Игорь потягивал чай из фарфоровой чашки, и оба смотрели задумчиво вдаль, на море.
