В книге "Судьба непринятой пройдет" читатель погружается в глубину чувственных ощущений, когда каждая клеточка тела становится уязвимым местом. Пробуждение новых переживаний и стремление вернуться к привычному равновесию создают невероятно драматичную атмосферу. События разворачиваются в момент, когда силы сознания пытаются справиться со свирепым потоком эйфории и неземной легкости, словно выныривая из глубин божеского блаженства....
И командировок Югрова и его команды карантин не отменял никоим образом. Все в штатном режиме: есть приказ протестировать-испытать новый образец в экстремально-пограничных условиях, на экстремально возможных нагрузках, вне заводских полигонов, что называется, в поле, – летим и испытываем. В условиях наивысших значений арктических морозов – значит, морозов, в жару – значит, на границу казахских степей в середине июля, где температура поднимается до пятидесяти градусов, а иногда зашкаливает и выше.
И так далее, по отработке всех пунктов протокола испытаний. Нормально. Привычно. Работа.
«Веселее» всего бывает группе Югрова, когда испытания проходит не новый образец или модификация боевой машины, а какая-нибудь инновационная отдельная установка, механизм или целый блок, узел, которые после полного цикла стендовых испытаний и проверок для тестирования непосредственно в боевом режиме устанавливают на действующий агрегат. То бишь на боевые машины, состоящие на вооружении в частях, монтируют несколько экспериментальных образцов для тестирования в условиях, максимально приближенных к боевым, то есть на учениях или стрельбах.
Вот это такой головня-а-ак, что мама дорогая!
Хотя бы потому, что они ставят-монтируют образцы в режиме соблюдения секретности под личную роспись командира части, а объяснить механикам принцип функционирования и работы не имеют права. Только четкие инструкции: вот в этих и этих режимах гоняем-тестируем, записываем результаты и даем отзывы и впечатления о работе экспериментального образца, поскольку, как известно, практика – критерий истины.
Отзывы бывают разные, иногда весьма критические, высказанные перевозбужденным мехводом, прочувствованная речь, из цензурного в которой только запятые и восклицательные знаки, – когда у того во время боя или стрельб что-то там заклинило, или отказало, или сработало не так «в этой вашей…», ну понятно где.
Случается такое крайне редко, но бывает. Так ладно бы только высказанной – на то они и испытания, чтобы разные результаты показывать, хуже, когда такой вот мехвод лезет разбираться в самом механизме из тупого любопытства, просто потому что придурок или возомнив себя Кулибиным, так бы его и разэтак, чу… дака такого, проигнорировавшего четкий приказ командира: «Эту хрень не трогать, сука, даже не дышать на нее!..
