Маня Поливанова, скрывающаяся под псевдонимом писательница Марина Покровская, вынуждена помогать своей тете Эмилии — известной экстрасенсу, в которую она совершенно не верит. Но странное дело: предсказания тети сбываются с поразительной точностью, втягивая Маню в водоворот мистических...
Маня споткнулась, засеменила, схватилась обеими руками за столешницу, ручки, бумаги, штучки пришли в движение и посыпались на пол.
…Уф!
Уйти красиво не получилось.
Путь до двери Маня с Лёлей проделали проворно и словно на полусогнутых.
Дюша-Слон встретил их с распростёртыми объятиями, и Маня тут же пристала, чтоб он прокатил Лёлю.
Та отказывалась, извинялась, утверждала, что ни за что и никогда не поедет, но отвязаться от Мани было не так-то просто.
Дюша был готов катать кого угодно, лишь бы ещё немного «поотлынивать от работы», и в конце концов Лёлю чуть не силой взгромоздили на мотоцикл, и они умчались, пугая прохожих, собак, голубей и чаек, а Маня осталась одна на набережной.
Конспиративно оглянувшись по сторонам, она вытащила из-за пазухи небольшую фотографию в рамке, похищенную со стола Ирины, ещё раз посмотрела, убедилась, что не ошиблась, и сунула добычу в рюкзак.
…К Медному всаднику отправились всей компанией – Маня с Волькой на поводке и Лёля с Марфой за ручку.
Лёля безостановочно рассказывала, как она каталась на мотоцикле. Как ей сначала было страшно, а потом она совсем перепугалась, а кентавр всё наддавал, и вдруг она перестала бояться и чувствовала только ветер и скорость, а когда они перепрыгивали Неву, ей показалось, что кентавр и вовсе оторвался от земли.
– Самое главное, – не унималась Лёля, – что в голове вообще не остаётся мыслей! Вы понимаете, Маня?! Никаких! А я ведь всё время… думаю, и постоянно об одном и том же.
– Это вредно.
– А тут я перестала думать. И так стало свободно!
– Свобода личности – основа демократии.
– Как в молодости, когда всё впереди и ещё ничего не случилось! И когда мы остановились, я даже не сразу поняла, что мы уже приехали!
– Кстати, – прищурилась Маня. – Почему вы слонялись по панели вдоль «Астории», как проститутка-неудачница, и не заходили внутрь?
– Что вы, – удивилась Лёля. – Мне неудобно, как я могу зайти в такую гостиницу?
– Но вчера вы как-то зашли!
– Я была с Марфой, это совсем другое дело.
– Да, да, – согласилась Маня. – Вы должны её спасти, я понимаю.
Оглянулась по сторонам и отцепила Вольку.
В Питере вход с собаками всюду был запрещён, но разрешён – сделав замечание: «Уберите животное, с собаками нельзя!», смотрители переставали обращать внимания, и собака могла гулять сколько угодно. Маня с Волькой этим пользовались.
