Маня Поливанова, скрывающаяся под псевдонимом писательница Марина Покровская, вынуждена помогать своей тете Эмилии — известной экстрасенсу, в которую она совершенно не верит. Но странное дело: предсказания тети сбываются с поразительной точностью, втягивая Маню в водоворот мистических...
И намекнула на оружие в кармане. И вы ушли.
– Да какое это имеет значение?!
– Огромное, – выдохнула Маня. – Я не верю в колдунов, чудеса и потусторонние силы. Я искренне считала Эмилию обманщицей. Но она откуда-то всё знала! И я теперь совершенно запуталась! Где правда, где неправда, где чудеса, а где совершенно нормальная жизнь!
– А Виктория Павловна и мороженое? – вмешалась до сих пор молчавшая Лёля. – Она на наших глазах встретилась с Федей! Как Эмилия и предсказывала!
– Вы что? – с подозрением спросил Сергей Петрович. – Ненормальные? Обе?
– Давайте есть и думать, – распорядилась Маня. – Вы вспомните как следует все детали вашей встречи, Серёж. Просто вспомните! Это не будет… предательством, правда! Простите, – остановила она официантку, – у вас есть малина?
– Мы панна-котту подаём с малиной.
– А можно мы съедим панна-котту без малины, а вы отдельно девочке наши ягоды принесите! Ладно?
Официантка засмеялась:
– Хорошо.
Марфа доела свои макароны – без всего, даже без масла, – полезла в розовый рюкзачок и вынула тетрадку и набор карандашей.
– Хочешь посмотреть? – едва слышно спросила она у Сергея.
Тот словно только этого и ждал! Он моментально бросил свою еду и стал листать с Марфой рисунки и какие-то каракули.
– Можно я тоже посмотрю? – спросила Лёля дочь. Они с Сергеем столкнулись взглядами поверх её головы, и мать объяснила: – Просто она никому не показывает. Даже мне.
– А вы правда в школе работаете?
– Ну да. Здесь недалеко, в районе Литейного.
– Я бы с ума сошёл. Я как вспомню себя в школе, мне прям противно!"
"– А что? Вы плохо себя вели? – Лёля улыбнулась.
– Да нет, просто мне там не нравилось! Я любил только математику, особенно геометрию, и чем сложней, тем лучше, и рисовать. И никогда в жизни не мог понять, зачем меня заставляют читать про Наташу Ростову.
– Затем, – сказала Маня с набитым ртом, – что это великая литература.
– Да бога ради, – продолжал Сергей, – только мне-то что за дело? Мне неинтересно, и всё тут. А геометрия – интересно! Ладно бы ещё что-нибудь смешное было в этой вашей великой литературе, так ведь одна тоска! И страдания.
– А вам чего хотелось? Анекдот про поручика Ржевского?
– Ну да, – не моргнув глазом подтвердил Сергей. – И про Наташу Ростову. А оказалось, никакого поручика Ржевского в романе вообще нет, а есть только… масонские искания Пьера.
– Бедный ребёнок, – посочувствовала Маня.
– Просто книги нужно читать вовремя.
