Маня Поливанова, скрывающаяся под псевдонимом писательница Марина Покровская, вынуждена помогать своей тете Эмилии — известной экстрасенсу, в которую она совершенно не верит. Но странное дело: предсказания тети сбываются с поразительной точностью, втягивая Маню в водоворот мистических...
Это такой прогресс!
– Как же вы её лечите… в Конотопе?..
Лёля изумилась:
– Почему в Конотопе? А, Маня так пошутила, мы живём здесь, в Питере. Здесь и лечимся. Раньше в Москву ездили, но там тоже никто нам помочь не может.
– А что она любит? – продолжал допытываться Сергей Петрович.
Лёля вздохнула.
– Рисовать любит. Может сидеть часами и рисовать одно и то же. Например, окно. Может тетрадку изрисовать, и всё будет окно. Вот Вольку полюбила, гладит его.
– Малину любит, – вступила Маня Поливанова.
– Так много всего, – сказал Сергей. – Трудно вам с ней?
– Я не знаю. – Лёля улыбнулась. – Я как-то не могу себе представить другой жизни. Нет, наверное, не очень трудно. Полно людей, которым гораздо хуже. У которых дети, например, не ходят. Или мозг умер, а ребёнок жив. Ужасно.
– Мой ребёнок умер, – сказал Сергей Петрович. – Шесть лет ей было. Умерла от порока сердца. А если б мы сделали ей операцию, была бы жива и здорова! Но мы не сделали!
– Почему?!
– Жена сказала – ни за что на свете, – отчеканил Сергей Петрович. – Резать дочь, доставать её сердце она не позволит никому. И стала лечить… у шарлатанов! У этих самых сволочей! Колдунов и экстрасенсов!
Лёля быстро взглянула на Маню, и та приложила палец к губам.
– И ребёнок погиб, – продолжал Сергей. – А я вот жив-здоров. Огурцом.
– Какое несчастье, – пробормотала Лёля. – Страшное несчастье.
И они все надолго замолчали."
"Наконец Маня осведомилась, не хочет ли кто-нибудь есть, а то она умирает с голоду, и заказала гору разнообразной еды.
– За макароны с сыром и помидорами, – объявила она, – я готова душу продать, честное слово.
– Значит, никакого сюжета по телевизору не будет, – полуутвердительно сказал Сергей.
Маня пожала плечами:
– Ну, почему же? Я могу свести вас с редакторами программы «Человек и закон», например. Я сто лет дружу с Лешей Пимановым, ведущим. Они такие профессионалы, умеют разбираться в самых сложных делах, особенно если у вас есть какие-то материалы.
– Полно материалов!
– Тем более. Но вот что я хочу знать, Сергей. Почему Эмилия в тот раз сказала вам, что ходить с оружием – значит набиваться, чтобы в тебя стреляли? Что она имела в виду?
Сергей вдруг разозлился:
– Я не знаю. Очередные выдумки!
Маня посмотрела на него с сомнением.
– Эмилия сказала, что ваши родители живы и здоровы. Это правда?
Он разозлился ещё больше.
– Какое ваше дело, что вы пристали?
– Мне нужно знать.
– Зачем?
– Эмилию убили, – сказала Маня и посмотрела в окно.
