Чейд, будь он проклят, поднес руку к лицу, но я успел увидеть, как он улыбается. Я бросил на него яростный взгляд. Он опустил руку и открыто ухмыльнулся.
– Понятно, – наконец проговорил Дьютифул. Затем, словно это был главный вывод из моих слов, он добавил: – У меня есть кузина! А сколько ей лет? Почему я с ней никогда не встречался? Или я ее знаю? Когда она в последний раз была при дворе? Кто ее мать?
Чейд опередил меня с ответом, и я был готов разорвать его на кусочки, когда он заговорил.
– Она никогда не была представлена ко двору, мой принц. Ее мать делает свечи. Ее отец… Человека, которого она считает своим отцом, зовут Баррич, в прошлом он был главным конюшим в замке Баккип. Сейчас Неттл шестнадцать. – Он замолчал, словно давая возможность принцу осмыслить свои слова.
– Отец Свифта? Значит… Свифт твой сын? Ты говорил, что у тебя есть приемный сын, но…
– Свифт – сын Баррича. Он сводный брат Неттл. – Я сделал глубокий вдох и, будто со стороны услышав собственный голос, спросил: – У вас есть бренди? Для такого разговора вина недостаточно.
– Да, я понимаю. – Дьютифул встал и принес мне бренди – сейчас он был не принцем, а моим племянником, готовым выслушать историю своей семьи.
Мне было трудно рассказывать ему о своем прошлом, а сочувственные кивки Чейда только раздражали меня. Когда я закончил свой рассказ, Дьютифул долго сидел, качая головой.
– В какой невероятный миф ты превратил свою жизнь, Фитц Чивэл. Теперь история, рассказанная о тебе моей матерью, становится понятнее. И как ты должен ненавидеть Молли и Баррича за то, что они забыли о тебе, найдя утешение друг в друге.
Меня поразило, что он может так думать обо мне.
– Нет! – резко возразил я. – Все не так. Они думали, что я мертв. И они меня не предавали. И если уж ей было суждено выйти за кого-то… я рад, что она выбрала достойного человека. И что Баррич нашел хотя бы немного счастья для себя. И что они вместе вырастили моего ребенка. – Мне все труднее становилось говорить, я сделал большой глоток бренди и перевел дух. – Он был для нее более подходящем мужем, – наконец добавил я.
– Интересно, согласна ли она с тобой, – задумчиво проговорил принц, а потом, взглянув в мое лицо, торопливо сказал: – Прошу прощения, я не имел права говорить подобные вещи. Но… но я до сих пор не понимаю, как моя мать могла на такое согласиться. Она очень часто говорила, какая на мне лежит серьезная ответственность как на единственном наследнике трона.
– Она пошла навстречу чувствам Фитца. Вопреки моим советам, – объяснил Чейд.
Я видел, что он испытывает удовлетворение: наконец он получил возможность отыграться.
– Понятно. Ну, на самом деле я ничего не понял, но сейчас меня интересует другой вопрос: как ты учил ее Скиллу? Ты жил рядом с ней прежде или…
– Я ее не учил.