В 1920 году после смерти Ленина страна опять ожила, но прежняя власть уже изменилась. Дзержинский продолжал работать, хотя и сократил часы своей работы до четырех часов в день. Теперь он проводит каждые полгода месяц на минувших Минводах, в правительственной даче, где царствовал Ильич. Это особняк для ЦК и правительства, расположенный в самой благоприятной микроклиматической зоне парка....
Я тогда в Таганроге жил и мой младший брат учился в Таганрогской классической мужской гимназии, где Дзержинский был учителем физики и математики. — оглянувшись на дверь казино, Степан ткнул в нее пальцем — А с этим что делать? Он нам денег должен.
— Да хрен с ним! пойдем лучше к нашим семьям. Завтра с утра в посольство пойдем.
Наблюдавшие из пролетки за охранниками двое из роты спецназа Сергеева удивленно похлопали глазами — Не понял! Куда это они свалили? Жди меня тут, я за ними — понять надо, куда они направились.
Через двадцать минут к оставшемуся наблюдателю подошел Серый — Не понял, а где Шут?
— Шут следит за охранниками объекта, они минут двадцать назад куда-то отправились. А вон и он!
Шут кивнул командиру — Все чуднее и чуднее! Эти двое похоже по домам свалили. А вон и наш объект нарисовался.
Проигравший свои франки Агабеков удивленно покрутил головой по сторонам, не понимая куда исчезли нанятые им охранники. Из поравнявшейся крытой коляски выскочил крепкий парень и после удара под дых как пушинку забросил предателя внутрь, где его тут же приняли еще двое и, связав руки, вставили кляп.
Коляска подъехала к саду Тюильри, из-за позднего времени здесь уже никого не было, лишь единицы спешили по аллее и Серый указал место — Копайте здесь! Отсюда его хорошо будет видно. — повернувшись к предателю, Серый сплюнул — Ну что, сука! Готовь задницу, сейчас в нее введем вот этот кол."
"Когда яма была готова, Серый поднял на ноги дрожащего от ужаса Агабекова — Гражданин Арутюнов — Агабеков! По решению правительства Советского Союза ты за предательство своей страны и своих товарищей приговорен к смерти через посажение на кол.
— Да он обосрался! — Шут скорчил рожу.
— Кляп не вынимайте, нечего раньше времени привлекать внимание.
Утром все парижские газеты вышли с срочной новостью: «В Тюильри обнаружен беглец от советского произвола, казненный с циничной жестокостью. Его по варварскому обычаю посадили на кол, введя его в задний проход. Господин Геворк Арутюнов был жив, когда в час ночи его обнаружили полицейские, вызванные случайным прохожим.
