Автор
Особняк Сент-Сайров, Лондон — 25 марта 1811 года. Грейсон Элмер Сент-Сайр, барон Клифф, мрачно разглядывал испачканную записку и сжимал ее в кулаке. «Паршивое письмо!» — прошипит он между зубов, прежде чем швырнуть бумагу в камин. Даже эти короткие строки дышали ненавистью.
А теперь скажи мне, Грей: хватит ли тебе этих доказательств — вдовьего треугольника твоего отца и признания твоей матери?
— Кажется, да. Но отчего лорд Берли был так уверен в обратном?
— Да оттого, что в это твердо верил мой отец. Он был очень серьезным человеком и отличался невероятной рассудительностью и способностью убеждать. Я к тому же считала его человеком добродетельным и честным. Но я ошиблась. Он совершил тяжкий грех и виноват перед твоей матерью. Но он умер, и не нам спрашивать с него за то, что он натворил.
— И все же я хочу услышать это из ее собственных уст, — отчеканил Грей.
— Да, — спокойно подтвердила Джек. Она даже нашла в себе силы улыбнуться. — Я понимаю, что ты не можешь поступить иначе.
Не выпуская из руки узкую ладонь Джорджи, Джек наставляла ее всю дорогу до гостиной:
— Она очень милая дама, Джорджи, и хотя почти не выходит из своей комнаты, в этом нет ничего страшного. Зато нам всегда известно, где ее можно найти.
Оказавшись в покоях вдовствующей баронессы, Джорджи с любопытством огляделась.
— Мне нравится комната, — решила она наконец, отцепилась от Джек и потянулась пощупать ярко расцвеченную шелковую шаль.
— Ты кто такая? И почему ты не здороваешься? Джек мигом откликнулась на вопрос Алисы:
— Это моя младшая сестра, мадам, ее зовут Джорджина. Она очень любит яркие краски и тонкие ткани. Джорджи, милая, познакомься с ее милостью!
Брови баронессы приподнялись от удивления.
— Господи Боже, что у нее за странные глаза! Золотой и синий! Как это необычно и в то же время очаровательно!
Джорджи оставалась совершенно невозмутимой и спокойно смотрела на сидевшую в кресле изящную леди.
— Она сама не менее очаровательна, чем ее глаза, — заверила Джек. — Вы позволите нам немного побыть с вами? Я обещала Джорджи показать ваши прекрасные комнаты, если вы не против…
Затаив дыхание, Джек наблюдала за тем, как Джорджи подходит к креслу матери Грея.
