Начинается серия жестоких сексуальных снов, где героиня переживает одновременно ночь и день. Усиленная теплота и запах растут вместе с желанием соблазненной женщины, заставляющей вспомнить о давно забытых прелестях. Каждый боди сталкивается со страстными сексуальными приключениями, которые лишают покоя и изменяют все мысли героини....
Похоже, «Сумасшедший декабрь» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Задумывается, уходя в себя. Нет, я понимаю, что перечеркнуть годы жизни всегда неприятно, сложно. Но мне эгоистично хочется, чтобы она ушла от мужа ради меня, ко мне, а не потому, что ей больно от измен. Но я глотаю это все, потому что так складывается. Потому что я и сам хорош. По факту она здесь со мной из-за нечестной игры, а не потому, что я такой оху*тельный. Меня взрывает изнутри. Но я молчу, стискивая челюсть.
Пауза затягивается.
Повисает напряжение.
Дышу глубже.
Кристина поднимается.
О нет!
Хватаю ее руку, толкаю назад, распинаю под собой, вдавливая в кровать.
— Макс, мне пора, — упирается в грудь, пытаясь оттолкнуть. Рычу, не позволяя, хватаю за руки, закидываю ей за голову, прижимая.
— Тебе никуда не нужно! — пытаюсь поцеловать, отворачивается, сжимая упрямые губы. — Кристина! Твоего мужа нет дома! — ревностно выдаю я. Прекращает вырываться. Замираем. Смотря друг другу в глаза."
"— При чём здесь муж? — выгибает брови, словно я чего-то не понимаю. — Меня ждет дочь.
Дочь…
Дочь!
Я идиот.
Меня отпускает. Расслабляюсь, отпускаю ее руки, наклоняюсь, утыкаюсь ей в шею, дышу. Тоже расслабляется, зарывается в мои волосы на затылке.
— Забирай дочь, нужные вещи и уходи.
— Куда?
— Ко мне. Квартира большая. Чего не хватит, купим.
— Нет, Максим. Так не делается. Не все так просто, как тебе кажется, — все же отталкивает меня. Поддаюсь. Падаю на спину, смотря в потолок. Да, это так не работает…
Я прошу ее о невозможном?
— Ты собираешься с ним жить? После того, как он… Да черт с ним!
Опять взрываюсь.
— Ты со мной была! Ляжешь к нему в кровать?! — стараюсь контролировать психи и голос. Но…
— Нет, не лягу, — спокойно сообщает она. — Я не могу просто пойти, взять ребёнка за руку и разрушить ее мир, окуная в другой. Я, определённо, уйду, но не к тебе, а к себе. Не нужно на меня давить, Максим, иначе я разочаруюсь в тебе, — голос ровный, но в нем столько жестокости, что мне сдавливает грудь. — И мне нужно подумать, как это сделать как можно мягче для дочери.
Строгая.
Как в первый день нашего знакомства. Со мной сейчас разговаривает Кристина Витальевна. Закрываю глаза. Перевариваю. Ладно. Сегодня не получится. Она и так мне дала за последний день то, о чем вчера я и не мечтал. У нас есть завтра, послезавтра, и я заберу эту женщину себе.
Встаю, открываю шкаф, быстро одеваюсь. Часы на руку, провожу пятерней по волосам.
— Я отвезу.
