Начинается серия жестоких сексуальных снов, где героиня переживает одновременно ночь и день. Усиленная теплота и запах растут вместе с желанием соблазненной женщины, заставляющей вспомнить о давно забытых прелестях. Каждый боди сталкивается со страстными сексуальными приключениями, которые лишают покоя и изменяют все мысли героини....
Похоже, «Сумасшедший декабрь» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Наконец общаясь вербально, а не телами. Она по-прежнему в одной футболке, я в лёгких спортивных штанах. Ложусь на ее упругую попку щекой. Поглаживаю, иногда целую и мягко покусываю.
— Это дом моих родителей. От города километров семьдесят. Хорошо там: озеро рядом, сад большой. Был сад… — с сожалением тянет она. — Теперь… все заросло. Дом в запущенном состоянии. Нет ни времени, ни сил, ни возможностей привести его в порядок. У мужа были другие цели… А я одна это все не вытягивала.
— Почему не продала его?
Падаю на спину рядом на подушки.
— Сначала не могла. Это единственное яркое воспоминание от родителей. Потом мечтала, что приведу его в порядок и летом мы будем жить в нем, приезжать на новогодние каникулы и отдыхать. Природа, свежий воздух вместо бетонной клетки. А теперь… придётся всё-таки продать его… — выдыхает она. Ее пальчики прикасаются к моей щеке, гладят, очерчивают мои губы. Изучает, рассматривает. Не мешаю.
— Зачем продавать, если он тебе дорог? — губы скользят по ее пальцам. Целую. — Давай съездим туда? — в голове несутся идеи. Хочу привести в порядок этот дом для нее. Исполнить ее мечту. Хочу лето там отдыхать и на новогодние праздники, чтобы королева была счастлива.
— Прямо сейчас? — иронично спрашивает она, словно я пошутил. Да какие тут шутки.
— Да без проблем. Собирайся, — хочу подняться с кровати. Толкает меня назад на подушки.
— Угомонись, Максим, — усмехается.
Да бл*ть…
Закрываю глаза. Я уже замучил ее. На кухне, в душе. На кресле в гостиной… И мне опять мало. Я ненасытное животное рядом с королевой. Отпускает, скользя ладонью по моим плечам, груди, обрисовывает римские цифры на груди.
Помнится, еще недавно меня отвращала мысль о девушке в моей кровати, квартире, жизни. Двадцать четыре на семь в моем личном пространстве. А сейчас… Я боюсь, что ее здесь не будет.
— Я продам этот дом. На квартиру, конечно, не хватит, но как первоначальный взнос…
— Зачем?
— Ну должна же я где-то жить, не таскать же ребёнка по съёмным.
— То есть подразумевается развод? — не могу скрыть улыбки. Кусаю губы, но выходит плохо. Кивает, прекращая ласкать мое тело.
