В сумерках мир тонет в мраке, и лишь один сознание способно выжить. Я собрал остатки сил, перед глазами потемнело, но на последний рывок хватит. Будто превратившись в стрелу, я зарычав от боли, выпрямился к трости Махаона — единственной надежде выжить в этом мире.
А так — перестраховаться не помешает.
Я тяжко вздохнул. Пал Палыча и Леи достаточно, да и энергострелы на месте. Но времени не было спорить.
Я лишь кивнул, покидая дом, замечая внизу три автомобиля. Мы с Жориком заскочили во второй и тронулись в сторону выезда из поместья.
Через минут двадцать, когда лесной массив сменился редкими кустарниками и впереди показались жилые городские постройки, я увидел четыре машины у обочины. Рядом с одной стоял Азиз. Увидев нас, он махнул, и я приказал остановиться.
Вышел вместе с Жориком и подошёл к арабу.
— Привет, Иван, — ответил он. — Извини, что отвлёк от дел, но ситуация ухудшается.
Я заметил на его белой рубахе капли крови.
— Тебе пришлось сражаться? — спросил я.
— Не без этого, — кисло улыбнулся Азиз. — Наша Сходка разделилась на два лагеря, но мы уничтожили половину врагов. Теперь оставшиеся попрятались по своим норам и ожидают помощи. И знаешь от кого?
— Дай догадаюсь, — ухмыльнулся я. — От Зильбермана.
— Откуда ты узнал? — Азиз округлил глаза от удивления.
— Думаю, что он не придёт к ним на помощь, — ответил я.
— У меня проверенные источники. Ты не знаешь, на что способен этот хитрый ублюдок, — процедил Азиз и повернулся в сторону своих людей. — Это почти все, кто остался. А у этого еврея раз в десять больше людей. Они сметут нас.
— Ты не слушаешь меня, Азиз, — резко оборвал я араба. — Он уже никому и никогда не навредит. И еврейская община не сунется к вам.
— Ты что… хм… — Азиз взлохматил голову.
— Пойдём, — махнул я ему рукой и направился к дальнему автомобилю.
Азиз постоял на месте, затем последовал за мной. К нему присоединились трое охранников.
— Кстати, он и тебя заказал, Иван! Он играет свою игру! — крикнул он мне.
— Я говорю — пошли, кое-что покажу тебе, — вновь позвал я Азиза.
Мы с арабом подошли к багажному отделению автомобиля.
— Откройте, — приказал я магам, и один из них щёлкнул замком.
Азиз уставился на мерцающий кокон, в котором в три погибели было свёрнуто тело Зильбермана.
— Это что? Ох-хо-хо! — засмеялся в голос Азиз. — Да это же просто охр*неть! Ты убил его⁈ Эта падаль сдохла⁈
— Я же говорил — он больше никому не причинит вреда, — оскалился я. — Везу его Гольдману. Он теперь во главе еврейской общины. И он вряд ли даст команду нападать на вас. Так что можешь расслабиться.
