Дождь уже превратился во влажный туман — Элис не ошиблась.
— Подчистить мою память? — нервно спросила я.
— Что-то вроде того.
Он очень внимательно стал смотреть мне в лицо, но в глубине его глаз посверкивали смешинки. Положив руки на борта джипа с обеих сторон от моей головы, он нагнулся ко мне. Мне пришлось плотно прижаться спиной к двери. Он придвинулся настолько близко, что его лицо оказалось почти вплотную к моему — спрятаться мне было некуда.
— Так, — выдохнул он, и от его дыхания мысли тут же смешались у меня в голове, — чего именно ты боишься?
— Ну, мм-м, удариться о дерево, — я сглотнула, — и умереть. И что меня вырвет.
Он подавил улыбку. Наклонившись еще ниже, он нежно прижал прохладные губы к ямке между моими ключицами.
— Все еще боишься? — прошептал он прямо мне в шею.
— Да, — ответила я, стараясь не терять нить. — Удариться о дерево. И что вырвет.
Его нос прочертил линию вверх по моему горлу от ключиц до подбородка. Холодное дыхание покалывало кожу.
— А теперь, — прошептал он, не отрывая губ от моего лица.
— Дерево, — я сделала судорожный вдох, — Вырвет.
Он поднял голову и поцеловал мои веки.
— Белла, ты же не думаешь, что я могу удариться о дерево, правда?
— Ты нет, а я да, — неуверенным голосом сказала я. Он почуял скорую победу.
Его губы целовали мои щеки, медленно продвигаясь вниз, и остановились у самого уголка рта.
— Как по-твоему, я смогу сделать так, чтобы ты не ударилась о дерево?
Он нежно, так, что я едва чувствовала это, водил губами вдоль моей дрожащей нижней губы.
— Сможешь, — выдохнула я. Я знала, что у меня был еще какой-то отличный аргумент, но никак не могла его вспомнить.
— Вот видишь, — прошептал он, не отрывая губ от моего рта, — Нечего бояться, правда?
— Да, — вздохнула я и сдалась.
Тогда он резко сжал руками мое лицо и стал целовать по-настоящему, его настойчивые губы жадно ловили мои.
Тому, что я сделала, не было оправданий. Я не смогла обуздать себя и совершила ту же ошибку, что в первый раз. Вместо того, чтобы замереть и не двигаться, я изо всех сил обхватила его шею руками и припала к его каменному телу. Я вздохнула, и мои губы раскрылись.
Он отшатнулся, без труда разжав мои руки.
— Черт возьми, Белла, — почти выкрикнул он, — Ты смертью моей станешь, клянусь!
Я скользнула на землю и обхватила колени руками.
— Ты неуязвим, — пробормотала я, стараясь восстановить дыхание.
