В холодных сумерках Нил бежал, словно отступая перед невидимой смертью. Любовь превратилась в мучительную жертву, и он не мог определить, что больше: страх или боль. Атмосфера была напряженной как сталь, каждый шаг гремел под звёздным небом.
Эндрю Миньярд действительно спас его жизнь? Человек, который еще неделю назад не хотел даже смотреть в его сторону? И как он вообще оказался рядом так быстро?
Нил совершенно ничего не понимал, но почти сразу смирился с мыслью, что ответов на свои вопросы он не получит. Что ж, это в любом случае лучше, чем его размазанные по парковке останки."
"— Какой кошмар. — Нил все же открыл глаза, пытаясь привыкнуть к яркому свету. — Я наконец-то выспался.
Он столько дней изводил себя, прислушивался к каждому шороху, не способный заснуть даже в коротких перерывах между усилениями дождя.
— Как ты себя чувствуешь, милый?
Нил повернулся на голос и увидел перед собой красивую стройную женщину, с тревогой заглядывающую ему в глаза.
— Я в порядке. — Нилу даже казалось, что он никогда прежде не чувствовал себя так хорошо. — Простите за беспокойство.
Эндрю рядом недовольно фыркнул, и Нил наконец обратил на него свое внимание.
— Спасибо. Я очень обязан тебе. Правда спасибо, Эндрю.
Миньярд окинул его резким взглядом и холодно бросил:
— Никогда больше не попадайся мне на глаза и считай, что мы в расчете.
Нил задумался над услышанным, но тут же покачал головой.
— Не выйдет. Мы ходим в одну школу. Мы даже сидим вместе на биологии. А еще ты сам таращишься на меня в столовой. Я мог бы предложить выколоть твои глаза, но это вряд ли в должной мере выразит мою признательность, так что придумай что-нибудь другое.
Во взгляде Эндрю проскользнуло желание скорейшей расправы, он было дернулся в сторону Нила, но остановился, услышав мягкий, но уверенный голос:
— Не ссорьтесь, мальчики. Нилу нужен покой. Прости, но я вынуждена попросить тебя снять линзы, нужно проверить зрачки.
Парень вздрогнул, пытаясь придумать отговорку или найти рабочий план бегства.
— Уже ищешь запасные выходы, бегунок?
Голос Эндрю впервые сделал Нилу больно.
С самого начала было понятно, что Эндрю слишком опасен для «Нила Джостена». Он был опасен для Натаниэля Веснински. И как бы сильно на самом деле Нил не хотел находится рядом с этим холодным парнем, он обязан был заставить себя держаться от него как можно дальше.
Подавив дрожь в руках, Нил вытащил линзы и смял их в своих ладонях. На то, чтобы поднять взгляд у Джостена ушла вся оставшаяся выдержка.
