Автор
Нервной и ожидаемой встреткой становится встреча с королём, когда нарядная дама теребит в руках носовой платок. Жаркая зависть к двоюродному брату Рольфу заставляет её просить долгие часы, пока он не согласится устроить аудиенцию с королём Ричардом II. Это самое ценное знакомство для простого народа, и каждое слово кажется бесконечностью....
Женщины казались смущенными и встревоженными, но не более того. Де Ласси старался держаться в стороне.
— Где та, которую зовут Сильвия?
В наступившей тишине женщины переглянулись, не зная, что ответить. Наконец вперед выступил де Ласси:
— Я посылал ее на кухню за вином. Проговорив это, он тут же вновь спрятался за спины женщин.
Эмори бросил взгляд на Маленького Джорджа, но тот уже направлялся на кухню. Минутой позже он вернулся и сообщил, что Сильвия действительно заходила туда, но затем вернулась наверх. Кивка Эмори было достаточно, чтобы его первый помощник бегом поднялся по лестнице в поисках пропавшей девушки.
— Могу я узнать, что происходит, милорд?
К удивлению Эммы, портной нашел в себе достаточно храбрости, чтобы задать этот вопрос. Эмори лишь раздраженно сверкнул на него глазами и в ожидании возвращения Маленького Джорджа продолжал внимательно изучать лица стоявших перед ним. Он ожидал, что кто-то смутится. Все эти женщины были в замке чужими, и поэтому любая из них могла оказаться причастной к случившемуся.
Наконец на лестнице появился Маленький Джордж. Пока он торопливо спускался, напряжение в большом зале достигло пика. Однако приход Маленького Джорджа не внес ясности. Наоборот, напряжение перешло в тревогу, когда он что-то прошептал на ухо Эмори, после чего тот взял Эмму за руку и повел к лестнице.
— В чем дело, муж мой?
— Маленький Джордж нашел девушку. — Эмори остановился на верхней ступеньке и, повернув к ней мрачное лицо, объяснил: — Она мертва. Похоже на яд. А я хочу, чтобы ты осмотрела труп.
Эмма, белая как полотно, кивнула.
Эмори сжал ее руку и повел по коридору к комнатке, служившей де Ласси кладовой. Она была завалена небрежно брошенными отрезами тканей. Оставалось свободным лишь небольшое пространство для кровати и двух накрытых одеялами соломенных тюфяков. На кровати лежала девушка в простом домотканом платье, навзничь, поперек изножья; в руке у нее был зажат маленький флакончик. Ноги ее свешивались, словно она присела отдохнуть, да так и не поднялась.
При виде этой картины глубокая грусть охватила Эмму. Она медленно приблизилась к постели и, осторожно усевшись рядом с неподвижной фигуркой, склонилась над ней, вглядываясь в глаза и губы. Затем Эмма приподняла руку, державшую флакончик, всмотрелась в ногти, потом вынула из холодных пальцев Сильвии темный пузырек и слегка понюхала.
— То же самое? — Да.
