Автор
На веранде «Луи» я писаю и смотрю на морские водовороты, где изумрудно-зеленые отмели сливаются с темно-синими глубинами. Белые перышки облаков плывут по бесконечной голубизне неба, за рифами замерли шлюпки на якоре. Все звуки в одно мгновение растворяются под ударами страстного бриза....
Марк открыл заднюю дверцу, поставил на пол сумку и протянул шоферу пару бумажек. И только тогда до меня дошло, что именно происходит. Он не собирался меня провожать. Он отправлял меня в аэропорт — одну и даже не угостив ланчем. Прежде чем я успела опустить стекло и сказать хоть что-то, машина тронулась с места.
Я приехала в Ла-Гуардиа за три часа до рейса. Злая, оскорбленная, униженная и растерянная. Такие расставания не по мне. Отыскав в баре свободный стул, я закурила и заказала выпивку. Сизый дымок медленно поднялся к потолку, рассеиваясь в прокуренном воздухе.
— «Орндорфф и Бергер», — ответил равнодушный женский голос.
Я представила черную консоль и сидящего за ней робота.
— Марка Джеймса, пожалуйста.
Пауза заняла пару секунд.
— Извините, но вы, должно быть, ошиблись номером.
— Он из чикагского офиса. Находится здесь временно. И должен быть на месте, потому что я встречалась с ним сегодня.
— Подождите, пожалуйста.
Минуты две из трубки доносились только звуки «Бейкер-стрит» Джерри Рафферти.
— Извините, мэм, — подала наконец голос секретарша, — но у нас никого с таким именем нет.
— Мы встречались с ним в вашем фойе примерно два часа назад, — теряя терпение, бросила я.
— Я проверила, мэм. Извините, вы, наверное, перепутали нас с какой-то другой фирмой.
Чертыхаясь про себя, я повесила трубку. Потом позвонила в справочную. Получила номер чикагского офиса «Орндорфф и Бергер». Ввела номер кредитной карточки. Я решила, что оставлю ему сообщение с просьбой позвонить в Ричмонд как можно скорее.
Секретарша в Чикаго разрушила мой план одним предложением:
— Извините, мэм, но никакого Марка Джеймса в нашей фирме нет.
У меня похолодело в груди.
6
В телефонном справочнике Чикаго значилось пять Марков Джеймсов и три М. Джеймса. Вернувшись домой, я попробовала позвонить на все номера, и каждый раз мне отвечали либо женщины, либо незнакомые мужчины. Совершенно сбитая с толку, я не могла уснуть.
Только на следующее утро мне пришло в голову позвонить Дайснеру, главному судмедэксперту Чикаго, на которого Марк ссылался в разговоре.
Решив действовать напрямую, я ограничилась обычными вступительными фразами и сразу перешла к делу.
— Прошу извинить, но я пытаюсь разыскать Марка Джеймса, чикагского юриста. Вы, возможно, его знаете.
— Джеймс… Марк Джеймс… — задумчиво повторил Дайснер. — Боюсь вас огорчить, Кей, но это имя мне незнакомо. Говорите, он юрист и работает в Чикаго?
— Да.
