Ну, познакомились они, поддержал он вдову в трудную минуту, а потом не уехал к себе, а остался тут. И так это они все вместе и вместе везде появляются. В общем, полная любовь и понимание.
– А кому какое дело? – Лола открыла глаза и пожала плечами.
– Точно. Только дело в том, что вдова имела полный контроль над холдингом мужа. Уж не знаю, как она там управлялась, но муж все ей оставил, а сыновьям никакой свободы. Сыночки, правда, не слишком удались. Один – бабник жуткий, у него чуть не пять официальных жен было, второй вообще в частной швейцарской клинике от наркомании лечился. Но это давно было, по молодости. Теперь вроде не колется, но пьет по-страшному.
В общем, встретил сыночек пьяный в ресторане мамочку с двоюродным дядей да и начал к ним вязаться. Собственно, драки никакой не было, был скандал. Ну, журналисты уж постарались, расписали, чего и не было.
Потом все затихло, но, видно, в семье страсти кипели. Вот домработница интервью дает. Татьяна, говорит, Ивановна, это Черепова, с сыновьями была на ножах. Им ничего не доверяла, только деньги выдавала, а им все мало было. Очень они были против этого брата двоюродного, оскорбляли его по-всякому, называли приживалом, да еще и почище. А он сам человек нетребовательный, скромный, писатель.
– Правда писатель? – оживилась Лола.
– Да, какие-то у него книжки выходили. Так он сидит себе тихонько и на компьютере очередной роман строчит. А вдова, видно, душой к нему прикипела, потому что сыновьям твердо заявила, что как только пройдет год со смерти Вадима Вадимовича Черепова, так она сразу же замуж официально выйдет тоже за Черепова, только за Пал Палыча. Очень удобно, фамилию менять не нужно… Но сыночки не отставали от нее и довели маму до нервного срыва.
– Дальше я знаю, – Лола очнулась от дремы, – ее положили в клинику доктора Мовсесяна, а потом выпустили, и через две недели она выбросилась из окна.
– Точно. Вот опять же домработница рассказала: она, мол, всех обманула, говорила, что ей лучше, и даже на работу собиралась, а в три часа ночи проснулась тихонько, прошла босиком в гостиную, окно растворила бесшумно да и сиганула с шестого этажа. Она загородный дом детям оставила, а сама с этим Череповым жила в городской квартире на Кронверкском проспекте.
– Босиком? – спросила Лола.
