Май 1773 года. Нижнее Дунайское побережье: луна скользит по небу, заливая зловещим светом степь и крутые берега, переливаются в реке сплетенные колючие заросли, а вокруг – легкий запах полыни и яблоневых цветов. Тишина тихой лунной ночью не кажется пустотой, а живостью природы....
Оп! От неожиданности Ляшин едва не свалился с дерева. Внизу, почти прямо под ним, в этом вот непонятном здании вдруг вспыхнул свет! Синий. Затем – зеленый. Чуть погодя – желтый, красный… Цветные фонарики! Кто-то просто зажигал светильники или свечи. По очереди. Заплясали на земле, на клумбах и кустах приглушенные разноцветные тени… Послышались чьи-то голоса, шаги… двое дюжих парней кого-то вели по дорожке… или тащили. Нет, скорее – вели… Или все-таки – тащили под руки? Завели в… ну да – в беседку, как еще назвать? Крыша – плющ и какие-то ветки.
Да, парни привели в беседку девчонку! Положили на софу лицом вниз, привязали по рукам и ногам к резным деревянным спинкам. Девушка не сопротивлялась. Вообще, вела себя довольно вяло, пассивно. Видно было – надоело ей здесь все до зеленых чертиков!
Почему «до зеленых»? – спросил сам себя Алексей. Да ни почему! Просто. Просто так уж подумалось. До зеленых, до красных, до синих – до чертиков, в общем.
Привязав, парни почтительно встали у входа в беседку: видать, дожидались хозяина."
"Девушка так и лежала навзничь. Нет, не голая: в шелковых светло-голубых шальварах и приталенной желтой кофте. С непокрытою головой. Кофта была очень уж тонкая, и под тканью проступали лопатки. Худенькая… Нет, скорей – исхудавшая.
Послышался звук шагов, кто-то быстро шел к беседке. Худая, несколько согбенная, фигура, в длинном одеянии. Тюрбан, длинная узкая борода.
Сосед. Керим Гюллер, Весельчак Керим…
Стоявшие у беседки дюжие слуги почтительно поклонились… и еще кто-то поздоровался. Ну да, в беседке кто-то был – фонари ведь не сами собой зажглись. Вот он, старик-слуга… или не просто слуга, а мажордом, управитель, кто его знает? Не суть.
Взмахом руки отправив всех прочь, хозяин вошел в беседку:
– Ну, здравствуй, Юртик Кеди. Добрый вечер. Что же ты молчишь?
Девушка повернула голову… Темно-русые волосы разметались по ложу…
Милое родное лицо!
Катерина! Вернее – Бояна…
Да, это была она, Алексей узнал сразу! Так вот кто эта Драная Кошка из Кючук-Кайнарджи! Значит, не напрасно сердце ныло.
Глава 6
Лето 1773 г. Туртукай – Гирсово
Ляшин узнал Бояну даже сейчас, в сумерках, в неясном трепетном огне разноцветных светильников, рассыпающих желтые, красные, зеленые тени. Светофор… Или просто – цирк. Впрочем, нет, цирком здесь и не пахло. Все «клоуны» – парни и старик, что зажег фонарики, – были отправлены прочь.
