Май 1773 года. Нижнее Дунайское побережье: луна скользит по небу, заливая зловещим светом степь и крутые берега, переливаются в реке сплетенные колючие заросли, а вокруг – легкий запах полыни и яблоневых цветов. Тишина тихой лунной ночью не кажется пустотой, а живостью природы....
– И что тут у вас?
Кроме Ляшина, к маркитантам наведывался и капитан – ротный – и с ним еще четверо офицеров. Они тоже полюбопытничали, заглянули на звуки ударов, на разговор – и тут уж, волей-неволей, а пришлось бывшему подпрапорщику утихомириться. Деваться некуда, господа офицеры – это вам не капрал – далеко не пошлешь. Пришлось оправдываться.
– За дружбана своего! За Петрякова Самсона. Эта падаль турецкая чуть руку ему не оттяпала! Ятаганом.
– С пленными извольте вести себя соответствующе!
Ротный и вообще-то к понятию чести относился нервно – за то и был сослан, за дуэль.
Турка господа офицеры забрали с собой, к другим пленникам. Хлудов же на Алексея обиделся, затаил зло. Да и черт с ним – пущай зубами скрежещет, авось, до корней сточит!
– Ай, вай, что, Алексей, случилось? – вынырнул из кустов дядька Влах. – А я ведь за тобой. Не ты потерял?
Торговец держал в руке треуголку.
– Ну, точно моя! – схватился за голову капрал. – Вот ведь, растяпа!
– Иванна-дева смеялась.
– Спасибо, дядько, за треуголку. И Иванне благодарность мою передай.
– Та сам передашь, когда будешь, – пригладив рыжеватую бороду, засмеялся валах. – Э! Думаю, ты уже завтра придешь? Или сегодня к вечеру, нет?
– Да ну тебя, дядько.
– А это кого же повели господа офицеры? Что за парень такой со шрамом? Соглядатай турецкий, поди?
– Да пленный.
– А-а…
* * *Ночью пленник бежал. А поутру в побеге обвинили Ляшина. И обвинителем выступил Хлудов. Мол, давно приметил, как оба сговаривались – капрал и тот, со шрамом. Видать, турок денег пообещал, вот господин капрал и прельстился. Случаев таких – сплошь и рядом.
– Ах ты ж, сука…
Тут как тут и свидетели! Видели, как Ляшин около подвала с пленниками ошивался… Так ведь и вправду – мимо проходил, искал одного каптенармуса.
Еще и ротный, и господа офицеры…
– А помните, господин капитан, вчерашний случай! Это ведь капрал за турка вступился, как за брата родного.
И, самое страшное, в подсумке Ляшина нашли деньги. Турецкие серебряные монеты – акче.
– Думаю, это еще не все, – зло щурился Хлудов. – Думаю, это задаток только.
При таких раскладах пришлось полковнику Батурину поместить господина капрала под арест. До полного выяснения всех обстоятельств.
