Где же ты, тот, кого я так жду? Мысли о прошлом заставили потекать слезы по щекам. Я подобрала листики целебной моросянки и тихо собирала траву для продажи на рынке. А сейчас нужно преодолеть усталость, чтобы завершить работу до темное снах.
Не расплакаться…
Непослушными ногами сделала ещё шаг, мне навстречу вышла пожилая женщина с сединой под белым платочком.
— Идём, Светлая, — кивнула она, принимая у меня с плеч плащ.
Я задрожала всем телом, поглядев в сторону гостевого зала. Дом Хакона очень походил на “Свет Вейгарда”, и я инстинктивно хотела повторить путь, каким паладин вёл меня на ужин.
— Нам наверх. Это сюда, — сказала Эльса.
Женщина отворила дверь в небольшую, погруженную в полумрак спальню, и я увидела на постели Генри, накрытого тяжёлым покрывалом.
Ах, Генри! Мне никогда не забыть тебя!
Голова закружилась, я схватилась за стену, чтобы не упасть.
— Не буду мешать, — тихо сказала Эльса за спиной, и я услышала её удаляющиеся шаги.
Как только звуки стихли, бросилась к постели паладина и сжала холодную ладонь.
Арнос великий! В Генри почти не было жизни! Искра Света еле тлела в нём. Как же вовремя я пришла! Ещё немного, и не застала бы живым!
Горячие слёзы лились на его ладонь, которую я не могла перестать целовать. Прошло много времени, прежде чем, я сумела успокоиться.
Я сделала глубокий вдох.
Те люди в святилище… Они говорили, что моя мана помогала им исцеляться. Генри… Ох, Пресветлая Дева, помоги же ему!
Я положила ладони на повязки и сосредоточилась. Сердце переполнялось любовью к человеку, у постели которого я сидела на коленях.
— Тебе нужна сила, прими её, — прошептала я.
30 По Закону угасающего рода
Генри издал глухой стон. Глаза под веками шевельнулись.
— Ну же, мой милый, просыпайся, я так хочу поглядеть на тебя!
Я улыбалась сквозь слёзы, теша себя надеждой, что всё непременно будет хорошо! Я хотела верить.
Ну же, Генри, ну же! Я знаю, как нужна тебе, я чувствую!
Мне казалось, паладин вот-вот откроет глаза и улыбнётся приветливой светлой улыбкой. В глазах вновь засияют пламенные искорки. Только погреется ещё немного моим теплом. Ещё чуть-чуть — и вернётся! Обязательно вернётся!
Меня слегка затошнило, потемнело в глазах. Стало холодно, но я не переставала подпитывать Генри."
"— Кого ты пустил сюда, сэр Самуэль?! — донесся из коридора раздосадованный голос.
