Где же ты, тот, кого я так жду? Мысли о прошлом заставили потекать слезы по щекам. Я подобрала листики целебной моросянки и тихо собирала траву для продажи на рынке. А сейчас нужно преодолеть усталость, чтобы завершить работу до темное снах.
И не хочу больше никого. Я буду верной Генри, даже если он сердцем предан погибшей жене и скоро снова женится.
— Расс сказал, что хочет взять тебя в жёны, несмотря на твоё прошлое. И на паладина, с которым ты спала за деньги!
Я всхлипнула, и по-видимому, слишком громко.
— Ну, и дура! — фыркнула Грета, заперев ставни, чтобы сберечь комнату от ночного мороза.
36 Утащили
— Тли-са… — меня разбудил детский голос.
Я долго не желала размыкать глаза ото сна: была слишком уставшей и изнурённой.
— Тли-с-са…
Тонкий голосок продолжал жалобно шептать, и я села на постели, осматривая во мраке комнату, спящих подруг и деток.
Все ли на месте?
— Тлис-с-са!
По телу пробежали мурашки. Нужно зажечь лампу, но кресалом это долго и шумно. Я вспомнила, как Генри зажигал лампы огоньком на кончике пальца. Испуганно сжала кулаки.
Получится ли у меня?
После небольшого отдыха я чувствовала, как внутри вновь плескается сила.
Получится!
Я сосредоточилась на внутренних ощущениях, на беспорядочно играющих вихрях света, и подумала о Генри.
Засветился!
Я обрадовалась волшебству, словно ребёнок! Подожгла лампу и довольная заулыбалась. Эх, жаль Генри не видит! Паладин говорил, что нужно долго учиться, чтобы подчинить внутренний огонь, но у меня всё получилось!
Спасибо, Генри!
Я свесила ноги с постели и осмотрелась: все дети были на месте. Тогда кто же меня звал?
— Тлиса… — снова зазвучал жалобный голос, переходящий в плач.
Звук доносился из-за закрытого ставнями окна. Сердце сжалось. Выбираться из тёплой постели не хотелось, но меня звали.
Я поднялась, накинула плащ поверх ночной рубашки, сунула ноги в башмаки и приоткрыла дверь во двор.
— Кто тут? — шепнула я.
Ответа не последовало.
Холодный ветер пробрался под одежду и заставил дрожать разомлённое сном тело. Стояла тёмная ночь, и я ничего не могла разглядеть во мраке.
— Тли-с-са! — снова заплакал кто-то, совсем близко.
Я плотнее закуталась в плащ и шагнула вперёд. И вдруг мои глаза разобрали маленький тёмный силуэт, сжавшийся в комочек под крыльцом.
— Малыш? Откуда ты тут? — я протянула руку, чтобы развернуть ребёнка к себе.
В последний момент, что-то подсказало, что нужно бежать. Сердце пронзило ледяным копьём от страха.
Но было уже поздно.
Ребёнок вырос в огромного великана и накрыл меня чёрной беспросветной тьмой, утянувшей в грохочущий водоворот.
