Где же ты, тот, кого я так жду? Мысли о прошлом заставили потекать слезы по щекам. Я подобрала листики целебной моросянки и тихо собирала траву для продажи на рынке. А сейчас нужно преодолеть усталость, чтобы завершить работу до темное снах.
— Пожалуйста, прекратите!
— Леди права, эти мерения членами ни к чему, — паладин протянул руку наёмнику, предлагая примириться.
В глазах Генри лучилась насмешка, он чувствовал себя победителем. Мне стало запредельно стыдно, ведь мужчина откровенно намекал на обладание мной и гордился этим.
Расс смачно плюнул на землю, смерил озлобленным взглядом паладина и, выждав томительные мгновения, пожал ему руку.
— Меряться и правда ни к чему! — произнёс он. — Я сделал леди Трисе предложение о замужестве.
Хорош Расс! Отстоял меня у паладина, не испугался! Я по-новому взглянула на молодого мужчину с горящим томным взглядом…
Не успела додумать мысль, в глазах потемнело. Я повалилась с бревна головой вниз. И последнее, что выхватил взгляд — как мужчины с испуганными лицами бросились на помощь.
40 Запах яблок"
"Отголоски памяти цветными пятнами заплясали перед глазами. Почудился запах яблочного повидла. Стоял конец лета, и в Ревоше, замке Даренфорсов, заготавливали припасы на зиму.
К ужину обязательно будет яблочный пирог. Мама Генри чудесно его готовит. Вот моя мама никогда даже не пыталась готовить, на это был отряд кухарок, а леди Элизабет была настоящей хозяйкой, и просто доброй и любящей женщиной. Когда я прибыла в их дом, она приняла меня радушно, словно своё дитя.
Ревош был чудесным, и время было чудесным, если бы не одно но…
Я сидела на постели, чем-то сердитая на Генри, и прятала подступившие слёзы. Муж надевал сорочку на разгорячённое тело, отвернувшись к окну.
Постель была раскидана, вербена повсюду чувствовалась слишком явственно, и больше всего на мне.
— Не спустишься, значит, к ужину? — хмуро поглядел через плечо Генри.
— А ты не будешь, значит, меня учить? — язвительно прошипела я.
— Нет.
— И я — нет! — сжала зубы и зарылась в одеяло подальше от глаз.
Генри нахмурился сильнее, продолжая застегивать пуговицы. Оставив распахнутым ворот, из которого торчали тёмные завитки волос, подошёл к постели и сел на край.
Постель промялась, и я выглянула из-под одеяла.
— То, что начало происходить с тобой, слишком опасно. Магия огня убийственна. Нужно зачать ребёнка поскорее, услышь меня.
— Я не хочу лишаться дара, Генри! — выпалила я.
