Автор
В далеких горах жила девушка с невероятными глазами и губами как у Анджелины Джордано. Марк не мог отвести взгляда от её лица в чудесной раскраске, а светлые локоны так и манили к себе. Здесь нет ни мамы, ни обычных обстоятельств — это загадочная любовь подальше от домашнего уюта....
Сейчас аромат ощущался особенно ярко, потому что здесь никто не пользовался духами и практически отсутствовали посторонние запахи, а естественные всегда едва уловимы.
— Сейчас пойдём к моему другу, и он нас покормит настоящей вкусной едой. Уверен, ты такого не пробовала.
— Хорошо, как скажешь, — смирилась я со своей участью на сегодня.
Мы пошли, и по дороге Миша то и дело старался меня коснуться, слишком близко подойти или, вообще, обнять. Каждый раз я дёргалась, словно от разряда тока. Чтобы как-то переключиться, начала расспрос:
— Михаил, а ты давно здесь?
— Достаточно.
— С рождения?
— Нет, я сюда вступил по собственному желанию. Продал свой бизнес и уехал.
— Сколько же лет ты здесь?
— Три года.
— И это долго?
— Конечно, прошла целая вечность.
— Ясно. И что ж тогда до сих пор не выбрал себе пару? Вон у вас сколько красивых девушек.
Он остановился, посмотрел в глаза и сказал:
— Я, может, тебя ждал. Вот увидел и сразу влюбился. И если останешься, сыграем с тобой свадьбу через годик.
Попахивало театральностью и сумасшествием. Я стала жутко подозрительной. Что-то с моей самооценкой. Но не верю, что вот так с ходу может возникнуть любовь до гроба. Обычно, по опыту подруг, чтобы затащить кого-то под венец, нужно ещё постараться. А Михаил — парень здесь уважаемый, сразу видно. У него своё дело, есть даже подчинённые. Симпатичный, правда, не в моём вкусе, не люблю кучерявых парней, но это мелочи. Что-то было не так. А что, я пока не понимала.
Всё же не выдержала и сказала ему:
— Михаил, а можно соблюдать дистанцию? Я вас не знаю… И мне неприятно, когда вот так постоянно нарушают моё личное пространство посторонние люди.
Намеренно перейдя на вы, я ещё раз обозначила границу между нами.
Он обалдел от моей речи и расстроился. Остальной путь прошёл в гнетущем, осуждающем молчании.
Мы добрались до дома его друга. Нас хорошо приняли, долго пели дифирамбы Михаилу, как я и ожидала. Поведение друга очень хорошо вписывалось в моё представление о моём «суженом».
— Нам уже пора возвращаться к работе, а то мне день не засчитают, только и развлекаюсь.
Михаил с другом засмеялись, будто я сморозила какую-то глупость.
— Как я скажу, так и будет, не переживай.
