Значит, с матушкой еще не мирился и, судя по каменной роже, не собирается.
Не порядок.
— Ольга, как ваше самочувствие? — Улыбнувшись княгине, я опустилась за стол напротив мужа.
Расстояние отличное. Безопасное.
Для князя.
— Все хорошо, Софушка, спасибо, — слабо улыбнулись мне в ответ.
— А моим самочувствием дорогая супруга не желает поинтересоваться?
Вскинув голову, напоролась на хмурый взгляд князя и подарила ему такой же.
— Раз уж вы собрались заняться консуммацией брака, все с вами в порядке.
В самом деле, не стихи же он планирует читать до рассвета.
Заметила, что Наташа покраснела, да и Анна тоже смущенно заерзала на сиденье. Видимо, это не те темы, на которые они привыкли говорить с братом за ужином. Да даже и не говорить, а просто присутствовать.
К хмурому княжескому взгляду прибавился еще более мрачный прищур.
— Я помню о своем супружеском долге.
Еще бы сказал, о супружеской повинности.
— Мне вы ничего не должны, — заметила я, знаком велев слуге налить в бокал вина. — А вот перед матерью могли бы и извиниться.
Как вскоре выяснилось, у меня паршиво получалось не злиться самой и еще хуже — не злить мужа.
— Софья, не стоит, — тихо проговорила княгиня.
Но мы с Андреем ее проигнорировали.
— И вы не таите на мою мать обиду за сожженное письмо, которое едва не стоило вам жизни? — холодно поинтересовался он.
Желудком чую, сегодня я не поужинаю.
Откинувшись на спинку стула, сдержанно произнесла:
— Все мы совершаем ошибки. К тому же, даже прочитав его, я бы вряд ли отпустила капитана. На тот момент с ним и его людьми я чувствовала себя в безопасности.
— То есть вы бы меня ослушались?
Беда с памятью у этого мужчины.
— Я бы в любом случае поступила так, как считаю нужным.
Если до этого Воронцов был зол, то после моих слов в нем как минимум проснулся демон. Может, сразу несколько. Хорошо, что он не владел силой огня, иначе бы нам всем пришла хана.
Несколько секунд мы смотрели друг на друга, схлестнувшись в немом противоборстве, а потом князь, приступая к еде, отстраненно бросил:
— Где та девушка, на которой я женился?
— Она здесь. Перед вами. — Я тихо усмехнулась, а потом добавила: — Просто до свадьбы вы ее не знали."
"Больше за ужином мы не сказали друг другу ни слова. Наташа пыталась разрядить обстановку беззаботной болтовней ни о чем, но никто ее не поддержал, и она быстро сдалась.
Когда подали десерт, я проглотила его, почти не почувствовав вкуса ванильного пудинга, и поспешила откланяться, надеясь, что после такого отвратительного ужина Воронцов поимеет совесть и не станет являться в мои покои.
Но видимо, совесть князь позабыл в Бритии.