Простая девушка неожиданно становится княжной и вынуждена выйти замуж по приказу семьи. Но новая невеста совсем не та, на которую рассчитывали: у неё свой нрав, свои планы и совсем нет намерения быть послушной игрушкой в чужих руках. История о том, как непокорная княжна перевернёт жизнь...
Раздел Chitat.online для книги «Свадьба по приказу, или Моя непокорная княжна» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Простая девушка неожиданно становится княжной и вынуждена выйти замуж по приказу семьи. Но новая невеста совсем не та, на которую рассчитывали: у неё свой нрав, свои планы и совсем нет намерения быть послушной игрушкой в чужих руках. История о том, как непокорная княжна перевернёт жизнь...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Простая девушка неожиданно становится княжной и вынуждена выйти замуж по приказу семьи. Но новая невеста совсем не та, на которую рассчитывали: у неё свой нрав, свои планы и совсем нет намерения быть послушной игрушкой в чужих руках. История о том, как непокорная княжна перевернёт жизнь...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Вдруг Воронцов передумал бы жениться или император в сердцах отправил бы эксцентричную девицу в монастырь замаливать грехи. Всяко лучше, чем ломать голову над тем, как избежать брачной ночи и найти магию. Словно эта самая магия, как морковка на грядке, — дернул из земли, и она вся в твоей власти.
Подозреваю, что такое случается только в сказках."
"Первые дни я мучилась сомнениями: верить словам нищенки или не стоит? В итоге решила, что раз магия здесь не чудо, а обыденная реальность, то почему бы и местной сумасшедшей не иметь дар предвидения? Впрочем, как для сумасшедшей она была уж слишком корыстна.
За отданный перстенек я получила по полной программе и от «тетеньки», и от «батеньки». Последний пришел в такую ярость от поступка своей пустоголовой дочери-растеряши, что попытался прописать мне то ли пинок, то ли подзатыльник. Уж не знаю, чего он ко мне кинулся, однако ждать удара не стала и вовремя ушла с траектории его движения без малейших для себя потерь.
Чего не скажешь о князе. Бедолага неуклюже запнулся о ковер и полетел носом в пол. Красиво летел, а как бранился! Ну прямо чайка-матершинница.
Именно тогда впервые мне почудился чужой смех, но я решила, что это кто-то из слуг не сдержался. Они вечно крутились рядом. Странно, что Татьяна, присутствовавшая при разборе полетов, никак не отреагировала на столь бесцеремонное проявление эмоций.
Спустя еще пару дней поняла, что нет, веселилась не прислуга. А если и прислуга, то очень хорошо маскирующаяся. Дальше — хуже. Иногда, чаще в моменты собственной эмоциональной несдержанности, пусть не очень разборчиво, но я выхватывала отдельные слова, которые, правда, никак не складывались во что-нибудь вразумительное. Получалась какая-то ерунда! Я уже не знала, то ли от всей этой предсвадебной суеты схожу с ума, то ли за мной действительно кто-то следит.
В довершении ко всему тело княжны оказалось ну очень капризным и проблемным. Для него, для тела, было сущей пыткой стоять перед швеями навытяжку. Должно быть, тем что-то не нравилось, потому что в меня, не переставая, тыкали и тыкали множеством булавок. Еще и Татьяна окрикивала, не позволяя сделать хотя бы короткий перерыв между примеркой нарядов. И словно этого было мало, сознание жалил чужой смех.
Все, прощай крыша, привет шизофрения.
Понятное дело, Софья с физкультурой не была знакома — кисейная барышня и все такое, — и мне, девушке более чем активной, каждый день наворачивавшей с десяток километров, сейчас приходилось трудно.
Не взирая на протесты плоти, я заставляла себя больше двигаться и гулять неподалеку от дома. Чаще через скандал, в сопровождении Татьяны, ведь с домашнего ареста меня так и не сняли. Все только усугубилось после падения князя.
