В непредсказуемой истории о браке по приказу, где героиня встречает принца и получает дворянский титул, сюжет перехватывает дух благодаря эмоциям и неожиданным поворотам. Молодая женщина обнаруживает себя в самой нелепой ситуации - лапанье от неведомого мужчину, а не приготовление теста или крем-брюле....
Вот вообще ни разу! Пусь и голова трещит, и руки связаны, но у меня все еще остается магия!
Где там мое ревущее пламя?!
— Наша встреча состоялась бы намного раньше, знай мы, что наследница Вяземского наделена огненным даром. Но вы так ловко ввели всех в заблуждение… — Хаосит усмехнулся и, словно прочитав мои мысли, догадавшись про попытки призвать колдовскую силу, стал раскладывать на полу какие-то предметы. — Это амулеты… особые… Они не позволят вашему огню вырваться на волю. Можете не пытаться его призвать — все равно не отзовется.
Мысленно послав гада по всем известному адресу, едва не призналась, что у меня и помимо огня магии хватает. Благо, несмотря на туман в голове, сумела быстро совладать с чувствами и даже язык прикусила, чтобы ни один звук не прорвался наружу.
Этому типу точно не стоит знать, что я не местная, да к тому же еще и наделена магией равновесия. Надеюсь, против нее у него не найдется в карманах побрякушек.
— Что же вы молчите, княжна Вяземская? Вам совсем не интересно, как именно умрете? — явно горя желанием поболтать, спросил маньяк.
"— Надеюсь, что быстро, — буркнула я, мысленно взывая ко второй своей силе. Все же равновесие — это не только погибель, но и целительство. Убрать бы боль в голове… Сразу бы стало лучше. — И вы опять забываете, что я княгиня Воронцова.
— О, нет, деточка, вы еще не стали женой князя Воронцова, уж такие вещи я вижу. И безмерно этому рад. Чрезвычайно рад!
Хм, у меня что, на лбу написано, что я девственница?
Липкий страх скользнул по коже, грозясь перерасти в панику и ужас.
— Наш бог получит славную, прекрасную жертву! А мы благодаря вашей магии еще на шаг приблизимся к завершению двадцатилетнего плана!
— Двадцатилетнего? — Я сглотнула ставшую вязкой слюну. — И к чему вы так долго рвались, я могу полюбопытствовать? Зачем столько ждали?
— Ах молодость, ах глупость! Все бы вам, молодым, торопиться! Потому и оступаетесь, ошибаетесь и в итоге… вас приносят в жертву великому богу, — жестко закончил он и процедил: — Двадцать лет мы шли к тому, что для нас жизненно важно — к обладанию великой державой.
