В непредсказуемой истории о браке по приказу, где героиня встречает принца и получает дворянский титул, сюжет перехватывает дух благодаря эмоциям и неожиданным поворотам. Молодая женщина обнаруживает себя в самой нелепой ситуации - лапанье от неведомого мужчину, а не приготовление теста или крем-брюле....
— Обернувшись к жениху, не спешившему проходить в комнату, проговорила: — Признайтесь, присутствовать при развлечениях цесаревича входит в ваши обязанности или вы тоже так развлекаетесь? С ним на пару. Хотелось бы прояснить этот момент до того, как выйду за вас замуж.
Наверное, раздайся в гостиной выстрел, и то бы не было такого эффекта. Болонка заскулила, Чет захихикал, а Андрей…
Лицо колдуна мгновенно заледенело.
Молчание, повисшее после моих слов, длилось всего несколько секунд, но это были очень красноречивые секунды.
Кстати, а у него есть любовница? Не то чтобы мне было важно это знать. Просто так, для общего развития и…
— Будет убивать, — словно прочитав мои мысли, пришел к выводу аджик.
Или, может, таджик? Нет, точно не это.
Как же он себя величал…
Пока я думала о звании, статусе, расе хранителя (или что бы это ни было), а Андрей в мыслях крутил куклу вуду, собираясь чуть позже, назвав ее Софьей, попротыкать иголками, все остальные дружно молчали.
Не знаю, что в это время происходило с княгиней. Я смотрела в глаза Воронцову и не косила в ее сторону. Ждала ответа, но его все не было.
От неловких объяснений князя спасла появившаяся служанка. Согнув колени в реверансе и опустив взгляд, девушка сказала:
— Ваше сиятельство, ужин подан.
Княгиня расцвела холодной улыбкой, как расцветает подснежник, проклюнувшийся сквозь промерзшую землю.
— Тогда прошу к столу. Князь…
Натужно улыбнувшись, Вяземский поднялся и последовал за ее сиятельством. За ними гуськом засеменили сестры Воронцова, Татьяна, и как-то так вышло, что на минуту или две мы с Андреем остались наедине.
Ну ладно, не совсем наедине. Собачка решила задержаться и Чет не спешил покидать нагретое местечко.
— Мне жаль, что так вышло с цесаревичем, — видя, что я не спешу следовать за княгиней и все еще жду объяснений, проговорил без пяти минут благоверный."
"В светло-голубых глазах, почти прозрачных, как озерная вода, или ясное, погожее небо, читалось искреннее сожаление.
— Разберись я сразу в ситуации, и ничего бы этого не было.
