Но что за игру затеял всевышний? Неужто решил забрать обратно силу, некогда дарованную своим творениям?
Из храма Андрей выходил задумчивым и угрюмым и в то же время, сам того не желая, наслаждался прикосновениями маленькой теплой ладошки к своей руке. Софья казалась завороженной таинством обряда и вместе с тем напряженной, напуганной.
Князь не мог понять, боялась ли она своей дерзости в храме, ведь фактически вынудила его признать их брак равным, или ее пугала предстоящая брачная ночь. Все же невинная девица, в чем он дважды имел возможность убедиться. Первый, когда отбил ее от домогательств бывшего друга, второй, когда ему принесли заключение от императорского лекаря. А третий, стало быть, будет сегодня…
Кто б ответил ему, почему от мысли о брачной ночи его бросает в жар, а голова становится хмельной, словно не один бокал успел осушить.
И идти рука об руку с прекрасной молодой женой было приятно.
Неприятным оказалось другое — липкие взгляды цесаревича, которыми на протяжении всего вечера тот награждал новобрачную. Андрей не знал, чего ему хотелось больше: заставить наследника ослепнуть или же просто хорошенько ему врезать.
Наверное, и того, и другого.
А Игоря, казалось, забавляли и его злость, и ревность. Он словно бы намеренно пытался довести бывшего друга до опрометчивого решения.
По традиции после первого танца новобрачные танцевали со своими близкими. Софью увел Вяземский, а к Андрею подлетела Наташа. Мать не любила танцевать. Он и вспомнить не мог, когда в последний раз видел ее вальсирующей.
Наверное, еще до гибели отца.
— Кого это ты все высматриваешь? — спросила у князя сестра, заметив, что тот или вообще ей не отвечает, или говорит невпопад короткие фразы. — Никак по молодой супруге соскучился? — Наташа весело хихикнула и кивнула куда-то в сторону, тряхнув каштановыми локонами. — Так вон же она! Танцует с его сиятельством!
Андрей чувствовал непонятную тревогу, точившую сердце, и, даже отыскав Софью взглядом, все равно не успокоился. В танце она была изящна и грациозна и держать ее за талию было еще приятнее, чем вести за руку. Пока кружил ее по залу, думал о том, как приспустит с нежных плеч сорочку и начнет покрывать пышную девичью грудь пылкими поцелуями…
— Андрей! — Наташа надула губы. — Ну полноте! Еще намечтаешься о своей прекрасной жене. А сейчас я, твоя сестра, жажду твоего внимания!
— Я в вашем полном распоряжении, сударыня, — шутливо отозвался князь и заметил, как его пятнадцатилетняя сестрица украдкой бросила на царевича Александра быстрый взгляд и тут же, зардевшись, поспешила отвернуться.
Никто из правящей семьи не принимал участия в придворном веселье. Император с императрицей величественно восседали на троне, а рядом на стульях разместились их наследники.