Автор
В Светлый мире, где обычные свадьбы превращаются в трагические сценарии, главы романа постепенно отдаляются друг от друга. Роман раскрывает драматичную любовь и роковые обстоятельства, создавая атмосферу мрачного романтика, где каждое слово читателя тянется к завершению шедеврального сюжета....
И тот поцелуй…
И теплые руки Лайтвуда, и губы, и…
Проклятый!
У меня сердце колотилось и… я очень долго не могла вспомнить, что должна вырываться, а потом еще долго убеждала себя в том, что нужно все-таки отстраниться. А уж довольная улыбка Лайтвуда, когда я его оттолкнула... вряд ли у меня вышло его обмануть.
Я отвернулась, чтобы Белз не увидел выражения моего лица.
Со мной происходило что-то… непонятное!
Странное!
И это нужно было прекратить.
— Медея Даркмор, — протянул Белз. — Ты покраснела…
— А вот и нет!
— А вот и да!
— Это из-за Лайтвуда!
— Нет!
— Да! — воскликнул Белз и откинулся на спинку кресла.
Никакой свадьбы не будет!
Иначе… да это же невозможно.
Мне снился Лайтвуд.
Я по нему скучала!
Это отвратительно.
Неправильно!
С этим нужно что-то делать.
Или я придумываю как сорвать свадьбу… или устраиваю в этой столице конец света. Других вариантов нет.
— Если ты, братик, не смог отвертеться от свадьбы со светлой, — проговорила я, — то это еще не значит, что у меня не получится.
Белз засмеялся.
— Узнаю сестричку Медею… Всех меришь по себе. Неужели ты в самом деле думала, что я хочу избежать свадьбы с Лили?
— А ты не хотел? Всерьез решил остепениться? — Я засмеялась. — С дочкой светлого, который, вот уж совпадение, оторвал бы тебе все лишние органы, если бы из глаз его доченьки хоть еще одна слезинка из-за тебя скатилась?
— Просто так совпало, — опустив взгляд, ответил Белз. Он вытащил из внутреннего кармана пиджака черный платок и, аккуратно погладив его ладонью, протянул мне.
Взяв платок, и я увидела вышивку в углу: витиеватую надпись “Лили Лайтвуд & Белиал Дармкор”.
— И ради этого платка ты заключил со мной сделку? Шутишь? Это… просто платок.
Белз пожал плечами.
— Она мне его вышила. Хотелось иметь на память.
— Ты шутишь, — покачала головой я.
— Я сгораю от страсти, — возразил Белз. — Лили одурманила мой разум и подчинила меня. Она меня пленила.
Вот же... врет! И с такими честными глазами!
— Темные не влюбляются, Белз. Это что-то для светлых.
Белз легкомысленно дернул плечом."
"— Вопрос терминологии. Они влюбляются, мы утопаем в страсти. Они бьют защитными заклинаниями, мы — боевыми. Они могут разнести чей-то дом из благих побуждений, мы — из дурных.
