Автор
В Светлый мире, где обычные свадьбы превращаются в трагические сценарии, главы романа постепенно отдаляются друг от друга. Роман раскрывает драматичную любовь и роковые обстоятельства, создавая атмосферу мрачного романтика, где каждое слово читателя тянется к завершению шедеврального сюжета....
На лицо Лайтвуда, секунду назад угрожающее, почти как у… темного, стало скорбным и постным — какое положено светлому.
— Прошу прощения, что неверно истолковал ваши намерения, мисс Медея. Дождемся свадьбы.
Он сунул руки в карманы атласного халата, ткань которого мягко переливалась в свете кристалла, стоящего на столе.
От возмущения у меня перехватило дыхание.
— Свадьбы не будет, лорд Лайтвуд! Я уже говорила вам об этом!
— И тем не менее — на вас мое кольцо, — Лайтвуд кончиками пальцев потянулся к моей руке, но так и не дотронулся до кожи.
Почему-то захотелось податься вперед, чтобы сделать это недо-прикосновение реальным.
Светлый! Как же я его ненавидела!
— Это ненадолго, — мрачно пообещала я, составляя в уме список дел на завтра.
Выяснить, как избавиться от помолвочного кольца.
Поразмыслить хорошенько о том, какая выгода Лайтвуду от брака со мной и как обернуть все так, чтобы подставить под этот счастливый жребий другую темную.
Зайти утром к Бенджамину, младшему сыну Лайтвуда, потому что я пообещала и он хотел показать мне свою комнату, а потому расстроится, если я не приду… Я вспомнила яркие серые глаза мальчика и счастливое: “У меня будет мама!”
По-моему, мне никто так искренне радовался, просто… просто так.
Проклятье!
Проклятые светлые!
Нужно уносить от них ноги, пока я сама не стала одной из них.
Какой позор.
— Давайте на чистоту, Лайтвуд, — церемонно проговорила я, стараясь звучать спокойно. — Что вы от меня хотите? Зачем вам брак со мной?
На всякий случай я отошла от него на несколько шагов и опустилась в стоящее у камина кресло.
Вот так.
Я не отступаю, а просто решила присесть. Потому что я — расслаблена и владею ситуацией.
Понятно, Лайтвуд?
Он хмыкнул и устроился в кресле напротив. Наши глаза оказались на одном уровне, и пришлось приложить усилия, чтобы не отвернуться и — только не это! — не покраснеть от воспоминаний о том, как наши лица были близко, и Лайтвуд, суровый и несгибаемый ректор АТаС, которого в тайне боялись все темные без исключения, почти меня…
— Что ж, мисс Медея, вы правы.
…Почти меня поцеловал.
Я моргнула и перевела дыхание, пытаясь взять себя в руки.
Что за глупости лезут в голову! Это территория светлых так на меня влияет! Этак и влюбиться недолго. Довериться кому-то. Какая гадость.
— Слушаю вас.
Лайтвуд хмыкнул.
— Это же очевидно. По какой причине, по-вашему, заключаются браки?
Я растерялась, а потому заговорила неожиданно честно:
— По множеству причин.
