Лорд Баннор, теперь старый и изможденный, стал легендой в Аралионе за свои нещадные споры и скандалы. С каждым днем его появление было источником раздора среди аристократов. Теперь он мирно взял покой, но тайна убийства продолжает шептаться в глубине города. Кто станет свахой для дракона?...
Лоркан открыл рот, чтобы объяснить причину нашего визита, но Снорре его перебил. Сделал два шага, чтобы оказаться с пустынниками лицом к лицу.
– У вас моя невеста, – хрипло выпалил Снорре, переводя взгляд с одного разбойника на другого, – хочу вернуть ее назад.
Бандиты переглянулись, расплываясь в улыбке. Ложь Снорре показалась им до смешного нелепой. И не только им. Раскатистый хохот, зычный и глубокий, хлынул из заколоченных окон лачуги – дверь распахнулась от мощного пинка.
Старик, что появился из лачуги, напоминал чьего-то дедушку: окладистая длинная борода, кустистые брови и благообразная улыбка.
– Это он, – шепнула я Лоркану, но тот и без меня знал, что главарь пустынников явился собственной персоной.
Ратка утирал слезы, градом катящиеся по лицу.
– Ну, удружили, – задыхаясь от хохота, воскликнул Ратка, – давно я так не смеялся!
– Рад, что оказались полезны, – холодно отозвался Лоркан, – но вопрос остается открытым. Вы похитили невесту моего телохранителя, прошу вернуть Марну назад.
Ратка усмехнулся в пушистую бороду:
– Невеста? Нет уж, господа толстосумы, врать вы не умеете. Значит так, девицы вам не видать, проваливайте, пока я добрый. Не хочу проливать кровь на своей земле. Ребята, проводите господ в белых перчатках до ворот.
Звучало резонно: такие как Ратка питали ненависть к тем, кому повезло больше при рождении. Я бы не удивилась, если узнала, что он был рожден беглой рабыней под стенами дворца в Цурионе.
