Лорд Баннор, теперь старый и изможденный, стал легендой в Аралионе за свои нещадные споры и скандалы. С каждым днем его появление было источником раздора среди аристократов. Теперь он мирно взял покой, но тайна убийства продолжает шептаться в глубине города. Кто станет свахой для дракона?...
С хрустом лопнула рубашка на спине, выпуская на свободу яркие, рубиновые крылья.
– Не могу позволить! – выдохнул Лоркан прежде, чем челюсть с хрустом изменила свою форму, обрастая тремя рядами острейших зубов. Сердце билось в груди, как сумасшедшее, когда Лоркан, принявший истинную форму, оттолкнулся когтистыми лапами и поднялся в воздух. Тяжелый хвост с зазубринами плеснул вокруг, кроша гранит как свежее печенье."
"Прикрывая глаза от каменной крошки, я смотрела на то, как Лоркан, взмахивая крыльями, приближается к Вейлин.
Глава 32
В “Классификации драконьего племени” говорилось, что рубиновый дракон – самый красивый и могущественный из своих сородичей, но я и помыслить не могла, что он по размерам может сравниться с сапфировым. Все же, между ними была существенная разница.
Массивная и тяжелая, Вейлин никак не могла посоревноваться в маневренности или скорости с Лорканом, но у нее было преимущество, которое спасало ее от порывистых атак рубинового брата.
Вейлин не позволяла Лоркану приблизиться, отбиваясь от его нападок хлесткими ударами зазубренного хвоста. Запрокинув голову в небо, чувствуя, как из грудной клетки рвется сердце, я наблюдала за битвой драконов с земли. И молилась, всем богам, кого смогла вспомнить: Селофиссар, Вирании и Дракону-Отцу.
Драконы не стремились сойтись в прямой схватке, всеми силами старались не допускать ошибок, что позволили бы врагу воспользоваться и нанести решающий удар. Горизонт пламенел от струй пламени, которыми противники обменивались прежде, чем пойти в атаку. Кувыркаясь в воздухе, то сближаясь, то разбегаясь в стороны, Вейлин и Лоркан танцевали смертоносный танец, у которого был только один исход.
Мощные челюсти оглушительно щелкали, и отзвук отражался от закопченных стен Геммина. Хлопали кожистые крылья, зачерпывая воздух, чтобы стремительно набрать высоту, или наоборот, нырнуть и молнией пронестись над самыми крышами, которые чадили черным, жирным дымом. Битва велась на равных, но рано или поздно кто-то должен был уступить.
