Лорд Баннор, теперь старый и изможденный, стал легендой в Аралионе за свои нещадные споры и скандалы. С каждым днем его появление было источником раздора среди аристократов. Теперь он мирно взял покой, но тайна убийства продолжает шептаться в глубине города. Кто станет свахой для дракона?...
Рука легла на эфес шпаги. Он был готов атаковать, но Одхан лишь окинул его презрительным взглядом:
– Остынь, солдат. Откуда тебе знать, что лучше для князя?
В ответ Снорре издал низкий, почти животный рык. Под форменным кителем гвардейца бугрились литые мышцы. Напряженный, как перед битвой, капитан сделал еще один шаг вперед, но его остановил холодный голос Одхана:
– Твоя вина, что Лоркана ранили, признай уже. Будь ты чуть умнее, все было бы совсем иначе.
Гнев Снорре утих так же быстро, как и вспыхнул. В повисшей тишине стало слышно, как завывает за окном злой ветер, а оконные стекла дребезжат, пытаясь сдержать его напор.
– Если с ним что-то случится… – проговорил Снорре тихо, но не угрожающе, а обреченно. Он опустил голову, позволяя случиться неизбежному. Одхан дернул плечом и щелкнул пальцами. Лоркан исчез, оставив после себя дымный силуэт, который тоже вскоре растаял. Вероятно, сейчас князь уже был в своей спальне, обвитый прохладными простынями. Стоило представить, как он мечется в лихорадке, сражаясь со смутными, болезненными видениями, мне стало дурно.
"– Князь согласился, что вам нужна защита.
Улыбка Одхана меня напугала. Я еще ни разу не видела такого самодовольного лица, светящегося от осознания долгожданной победы,. Он упивался триумфом, как любитель вечеринок и приемов – вином.
– Вы вынудили его.
Одхан в одно мгновение пересек комнату и прошептал мне прямо в лицо:
–Докажи.
Глава 9
– Что-то ты зачастила, милая моя, – Рау зажмурился от удовольствия и пригубил вина. Мое появление стало для него приятным сюрпризом, особенно в тот день. Заведение пустовало в связи с непогодой, и расстроенные неудачным днем слуги бродили среди карточных столов, перекидываясь пустыми фразами.
Они ужасно скучали, и только Рау был чересчур весел и возбужден. Мне пришлось поведать ему леденящую душу историю про Одхана, который сделал со мной…что-то. Что именно – я не знала, никаких изменений в себе не ощущала, и это тревожило сильнее всего.
“– Не пытайтесь избавиться от моей защиты, леди Ималия, – Одхан погладил амулет на груди, выглянувший из распахнутого ворота мантии, – уничтожить ее могу только я.
Какая еще защита? Одхан поднял руку, словно приготовился щелкнуть пальцами, и вдоволь насладился испугом в моих глазах.
– Надеюсь, ваши фокусы не смогут навредить невинным, – дрожащим голосом произнесла я, стискивая кулаки.
