Лорд Баннор, теперь старый и изможденный, стал легендой в Аралионе за свои нещадные споры и скандалы. С каждым днем его появление было источником раздора среди аристократов. Теперь он мирно взял покой, но тайна убийства продолжает шептаться в глубине города. Кто станет свахой для дракона?...
Мне нечего было противопоставить могущественному волшебнику, если тот захотел взять меня в оборот.
– Какое у вас доброе сердце. Будет очень жаль, если его кто-то разобьет. Можете быть свободны, леди Ималия.”
– Магия, – протянул Рау, отпивая вина из бокала. Мой бокал остался нетронутым – настроение отсутствовало. – Терпеть ее не могу!
– Говоришь так, словно сталкивался с ней, – насмешливо фыркнула я. И даже не заметила, с каким изумлением взглянул Рау, как будто я сморозила несусветную глупость.
– Моя хорошая, я родился в самом центре Лигода, в семье обыкновенного фокусника. Ты считаешь, что Княжеский Цирк может показывать публике чудеса без капли магии?
Он заставил меня задуматься. Последнее выступление Княжеского цирка Лигода на площади Дракона было удивительным, почти нереальным. Циркачи на два часа стали чем-то большим, нежели обычными людьми. И теперь стало понятно – почему. Но я и подумать не могла, что мастерством циркачи обязаны целиком и полностью только магии.
– Не целиком, – обрубил Рау, словно читая мысли, и обиженно хмыкнул, – она лишь финальный штрих, который добавляет ту особенную атмосферу, что так нравится зевакам.
Я пожала плечами. Ему, как уроженцу Лигода, было виднее.
– Потомственный фокусник, разбираешься в магии… – я прищурилась, прекрасно понимая, что напрашиваюсь на пламенную отповедь. Но после стольких дней, проведенных во дворце, мне хотелось легкой беседы, без подковерных игр и трехступенчатых интриг.
– Что ты имеешь ввиду? – Рау нахмурился, но глаза его смеялись. Мы продолжали ту самую, ни к чему не обязывающую игру, в которую играли уже пару лет. Подтрунивать друг над другом, подкалывать – как же всего этого мне не хватало рядом с Лорканом и его свитой.
– Откуда такая тяга к преступной жизни? – я, наконец, обратила внимание на вино. Как я и предполагала, вино у Рау было лучше, чем в винных погребах княжеского дворца, не в обиду Лоркану, конечно.
Друг надулся, притворно обидевшись:
– Какие преступления? Я предприниматель, плачу налоги, чист перед законом!…
– …сказал лучший контрабандист в Содружестве, – подхватила я, едва сдерживая смех. Рау зашипел, озираясь по сторонам. Даже у стен могли быть любопытные уши, но, честно говоря, вряд ли Лоркан или кто-то из его приближенных оставался в неведении относительно того, чем промышлял и будет промышлять Рау.
