Приглашает вас к философскому обеду у графини, где мир парадоксально объединяется и разлагается. Здесь каждая тонкость — от изысканного чая до сладкого сиропа — напоминает о величии человеческой души и её неустойчивости. В мире, где быстротелковые идеи стремительно мутфоникуют, волшебство вечности тонко присутствует, как изящный лепесток, закрепленный серповатыми когтями времени....
V
Пуговку звонка потрогав,
Бросив свой цилиндр на стол,
-- Эй, Мамут! - позвал Сварогов
И чрез зал к себе прошел.
Голос заспанный ответил:
-- Чагардын-мы, эффендим?*
И в портьере, видом светел,
Дух явился перед ним.
-- Черт! Опять ты спал в гостиной? -
Злой Сварогов бросил взгляд.
Дух молчал с покорной миной.
Кофе дай мне! -- Шу саат!** -
Дух исчез быстрей шайтана,
И Сварогов, с кресла встав,
Отодвинул щит экрана
И открыл свой книжный шкаф.
_____________
*) ""Звали, господин?"".
**) ""Тотчас!""
VI
Тут Лукреций был с Вольтером,
Был веселый Апулей.
Рядом с ""De natura rerum"",
Злой ""Candid"" смеялся злtq.
Здесь творения Гальтона,
Лотце и Анри Жоли
С томиком ""Декамерона""
Красовалися в пыли.
Том Руссо лежал с Кораном,
Шопенгауэр мрачный здесь
Был в ""Parerga"", и в туманном
Ницше тут являлась спесь.
Мудрость вечную вопросов
Заглушал порою смех.
Цивилист, поэт, философ, --
Их ценил Сварогов всех.
VII
Взяв Мюссе и Гейне томы,
И беспутного ""Rolla""
Том раскрыв, давно знакомый,
Сел Сварогов у стола.
Здесь в сиянье мягком света,
Между бронзой и bibelots,
Бюст скептичного поэта
Улыбался очень зло.
Говоря о давней были,
Шли куранты под стеклом,
Два портрета женских были
Точно грезы о былом...
Пробежав две-три страницы,
Дмитрий встал, тоской гоним,--
Думы, образы и лица
Проносились перед ним.
VIII
Проносились лица, тени,
Жизнь его шумна, дика,
Мчалась в брызгах, в блеске, в пене,
Точно горная река.
Но поток, гремя по скалам,
Был прекрасней сонных рек,
Что по шлюзам и каналам
Направляюсь сонный бег.
Не стесненная гранитом,
Жизнь, не ведая русла,
Мчалась в бешенстве сердитом
Через камни без числа.
Как безумство, как свобода,
Бросив мелочный расчет,
Бил, волнуясь без исхода,
Жизни бурный водомет.
IX
Походив по кабинету,
Тихо, словно в полусне,
Дмитрий подошел к портрету
В круглой раме на стене.
Был ребенок в этой раме
Нарисован, как живой,
С темно-синими глазами,
С белокурой головой.
Сходство с Дмитрием в нем было,
Только взгляд смотрел нежней...
Тот же лоб, но ясный, милый,
Без морщины меж бровей.
Что дано в житейской школе,
Что приносят нам года, --
В складке губ упрямство воли
Не мелькало никогда.
X
Но порой, когда ошибкой
Дмитрий взглянет на портрет,
Той же детскою улыбкой
Он пошлет ему привет.
И с улыбкой этой странной,
Вспомнив ряд былых потерь,
Дмитрий, грустный и туманный,
На портрет глядел теперь.