Автор
В этой книге вы встретите ерника, посмелевшего прикоснуться к паре, и человека с чувством глубокой вины за свою жестокость. Незрелый самец, скорее подросток, стал жертвой взрослой женщины. Его животное не могло контролировать его, но опасность обстоятельств сохраняла уравновешенность волчонка....
Яростный гнев бежал по его венам, прорываясь диким рыком и протяжным воем. Никто бы сейчас не решился приблизиться к альфе. И даже находящаяся в отдалении от вожака стая прекрасно ощущала его состояние.
Алек знал, что сам довел себя до такого, что внутренний конфликт для создания с двумя сущностями не закончится ничем хорошим, и все равно не мог до конца уступить требованиям волка.
«Чего ты еще от меня хочешь? — мысленно заорал он. — Я взял ее, заклеймил, сделал своей парой! Угомонись! Этого достаточно!».
Но сильный зверь, ведомый инстинктами, возмущенно огрызался на его слова.
Волк уже развернулся по направлению к дому, когда слабый шум в кустах привлек его внимание. Поведя носом, он учуял кролика и решил, что в знак примирения преподнесёт своей самке свежепойманную добычу. Покажет, как он заботится о ней и насколько не согласен со своей рациональной человеческой половиной. Зверь застыл, отмечая местоположение дичи. Приготовившись, хищник, ведомый древними инстинктами, начал охоту на ничего не подозревающего кролика. У того просто не было ни шанса скрыться от самого опасного охотника, созданного природой.
Победа была легкой для вожака и малоинтересной, но все-таки слегка утолила гнев и бушующую ярость. Ведомый четкой целью преподнести этот дар своей паре, оборотень направился в сторону дома. Поводя мордой, вымазанной в крови убитого животного, зверь с мощной аурой хозяина леса вальяжно шел по своей территории. И те оборотни стаи, что встречались на его пути, преклоняли головы перед вожаком, не смея оспорить его власть.
Сара закрылась в комнате и свернулась калачиком на постели. Жар вернулся в ее тело, расползаясь по нему ядовитой змеей, жалящей в самых чувствительных местах. Девушка задавалась вопросом: «Неужели это никогда не прекратится?». Ведь Алек обещал, что после секса станет легче, но пока, наоборот, все было только хуже.
В этот раз она знала, чего желает. Боль перестала быть невнятной тенью и приобрела очертания.
