В Сверхсекретном объекте проходят тайные заседания совета национальной безопасности, где даже признаки его существования остаются скрытыми от общественного внимания. В фойе театра в Москве собрались мужчины из разных инстанций власти, дискутируя о неуловимых перспективах будущего политического устройства....
Овчарки тыкались носами в оружие, обмундирование и личные вещи задержанного диверсанта, подолгу обнюхивали его рюкзак, запоминая уловимые лишь собаками запахи, после чего проводники отводили своих питомцев к выстроившимся друг за другом бронетранспортерам. Там давно томились ожиданием бойцы дежурного взвода охраны ракетного полка. Никто не объяснил им предстоящую задачу, и солдаты в нерешительности переминались возле своих бронемашин. Их командир – молодой лейтенант-ракетчик – косвенно считал себя виновным в гибели бойцов боевого охранения и расчета ракетного комплекса и старался лишний раз не попадаться на глаза майору спецназа армейской разведки.
"Когда последняя собака обнюхала диверсионное снаряжение, Кудрявцев приказал своим бойцам сложить все предметы обратно в рюкзак, а сам направился к бронетранспортерам дежурного взвода охраны.
– Где командир?! – крикнул он на ходу.
– Я здесь. – Выбежавший из-за ближайшей машины лейтенант вытянулся перед Кудрявцевым.
– Освободите десантные отделения. В каждом БТР остаются только механик-водитель, пулеметчик и командир машины. Все остальные под вашим командованием остаются охранять ракетную установку.
– Есть, товарищ майор, – поспешно ответил лейтенант и, повернувшись к своим бойцам, крикнул: – Взвод! Слушай мою команду!...
В каждую поисковую группу, помимо четырех разыскников-пограничников и проводника со служебно-разыскной собакой, Кудрявцев включил двух своих бойцов. Правда, после того, как один из «каскадовцев» вылетел в штаб вместе с захваченным диверсантом, укомплектовать двумя бойцами удалось только три поисковые группы.
