В глубоких недрах леса и среди звездное небо открывается история о единении двух душ, отделяющихся бескрайними просторами. "Свет мой тишина" — это роман о любви в уединении, мечтаниях и сомнениях, где даже сама пустота обретает силу для воплощения чистых желаний.
Наблюдать за Нефедовыми смысла нет, если только это не вошло у тебя в привычку.
– Ты шутишь? – уточнила я. – Мы только въехали, начали обживаться. Мне не нравится ни за кем следить, но, да, у меня появилась одна привычка… Просыпаться в удобной постели, готовить и есть в нормальной обстановке, видеть из окна что-то кроме обшарпанных панелек…
– Купаться в бассейне…
– Марич, все-таки ты неисправим.
– Улучшений собственных качеств я и не обещал, скорее неотвратимый износ.
– Какой износ? Тебе даже сорока нет.
– Жизнь, как известно, меня уже успела потаскать.
– Вот и потаскает по «Западной долготе», пока не выйдет срок аренды, – сурово произнесла я и сделала максимально убедительное выражение лица.
Вечером мы все-таки отправились в ресторан. Я специально выбрала для нашего ужина самое модное и дорогое заведение. Во-первых, могли себе позволить, а во-вторых, мне захотелось сменить привычные джинсы и кроссовки на платье и каблуки.
В итоге вместо платья я выбрала юбку и шелковую блузку. Владан наряд оценил, как и вся мужская половина ресторана, где мы вскоре появились.
– Мне нравится выбор, который ты сегодня делаешь, потому в заказе ужина тоже полагаюсь на тебя, – заявил он.
– Тебе просто лень читать меню, признайся.
– Начитался за сегодня. Кстати, отличный получился отчет, жаль, что Нефедова вряд ли будет его читать.
– Думаешь, не пожелает узнать, на что ушли ее кровные?
– От водителя, висевшего у нас на хвосте, ей многое и так известно.
Вскоре к нам подошел официант, и я сделала заказ. В ходе ужина оказалось, что аппетиты Владана я переоценила, как и свои собственные.
– Кажется, можно было обойтись без половины блюд, – вздохнула я, глядя на стол. – Это нам еще даже горячее не принесли.
– Можем попросить упаковать с собой.
– Отличная идея, тем более что завтра я планирую провести день с отцом, – расплывчато сообщила я. – Будет тебе чем пообедать в одиночестве.
– С чего ты взяла, что я останусь один?
– Да и пожалуйста, – хмыкнула я.
– Я и искать не буду, – улыбнулся Марич.
Будильник прозвенел в шесть. Я приняла душ, тихо спустилась вниз, оделась и отправилась к отцу, зная, что Маринка непременно накормит завтраком. Так оно и получилось – как только я переступила порог родного дома, почувствовала запах свежесваренной овсянки.
– Сто лет кашу не ела, – призналась я, когда подруга усадила меня за стол.
