В глубоких недрах леса и среди звездное небо открывается история о единении двух душ, отделяющихся бескрайними просторами. "Свет мой тишина" — это роман о любви в уединении, мечтаниях и сомнениях, где даже сама пустота обретает силу для воплощения чистых желаний.
Возможно, вспомнят.
– Дело вот еще в чем. Мы не знаем точно, под каким именем она останавливалась. Одним из вот этих трех. – Марич протянул ей лист бумаги, на который были выписаны имена из документов, обнаруженных нами в камере хранения на вокзале.
– Я поняла. Но вы должны понимать, что мы просим документы лишь у одного постояльца, того, на кого оформляется номер. Если она сопровождала кого-то, то ее имя может не значится в базе.
– Мы будем очень благодарны, если удастся проверить.
– Я займусь этим, – кивнула женщина.
– Позвоните в любом случае, – попросил Марич. – В общем-то это все, что нас интересует.
Мы поблагодарили Веру Егоровну и вернулись в машину.
– Если я правильно понимаю алгоритм процедуры, найти постояльца по фамилии – задача не сложная. Даже если учесть, что имени три. Минут пять-десять, – сказала я."
"– Удивляешься, почему она не стала этого делать при нас? – спросил Марич, а я кивнула: – Что бы она ни обнаружила, ей нужно будет поговорить с Нефедовым прежде, чем она передаст информацию дальше.
– Значит, ему есть что скрывать?
– Необязательно, обыкновенная предосторожность. Это, конечно, не «Мариотт» или «Хилтон», но за должность свою Вера Егоровна наверняка держится. Вот и доложит начальству как положено.
– Может быть, нам стоило самостоятельно проверить каждый мотель их сети?
– И еще несколько десятков гостиниц в городе? Боюсь, Полина, наш штат пока не обладает такими мощностями.
Я вздохнула и отвернулась к окну.
Версия, что Нефедов мог встречаться с Алиной именно здесь, начала казаться мне маловероятной еще в тот момент, когда он с легкостью дал нам контакты Веры Егоровны.
