В ушах звенит от волнения так сильно, что даже бой часов слышен будто сквозь толщу воды. Горячая шершавая рука сгребает мои кисти, и я чувствую легкое поглаживание.
Не сразу до меня доходит, что это ректор. Только в груди разливается вязкой лавой влечение. Проклятье! Я просто не могу на него так реагировать. И не буду!
Вырываю руки и, облизнув пересохшие от волнения губы, отхожу назад на пару шагов. Темный бросает обжигающий взгляд на мой рот, но не делает попытки удержать.
— Что это было? — в шоке хрипит Варгус.
— Это был твой зверь, — твердо отвечает ему ректор, который уже тоже успевает вернуть себе человеческий облик. — Поздравляю, ты, наконец, с ним познакомился.
— Но… Как? — Варгус ощупывает шею, а потом всего себя, смотрит на свои руки.
— Нравится ощущение? — выгнув бровь спрашивает Темный и достает что-то из своего кармана. — И жить хочется, да? И представь, что такой может быть жизнь у всех драконов. Вот над этим нужно работать, а не над той ерундой, которую вы мне принесли.
Он отделяет от странного вида пластинки, которую вынул из кармана, несколько кусочков, и протягивает Варгусу.
— Это под язык каждый вечер, — ректор дожидается, пока мой напарник неуверенно берет в руки кусочки. — Сейчас марш в общагу спать. И чтобы два дня я тебя здесь не видел. Если дракон будет возмущаться, напомни, что он мне обещал.
Варгус рассеянно кивает и выходит из кабинета. Ректор берет бутылек и выливает в цветок на окне, морщится от запаха и закупоривает крышку. Все это происходит в абсолютном молчании.
Я стою у своего стола и нервно мну юбку. Все очень резко поменялось. Я фактически осталась без работы для степени. Да я даже не понимала, я все еще аспирантка или уже нет?
— Вы не боитесь, что он расскажет о вас? — наконец, решаюсь прервать молчание.
— Тогда ему придется сказать о себе, и о тебе… — ректор снимает камзол и присаживается на край стола. — Пожалуй, нет. Не боюсь.
— Что вы с ним сделали? — я стараюсь стоять как можно дальше от Темного, но все равно кажется, будто между нами всего пара сантиметров. Это напряжение можно хоть ножом резать.
— Научил. Показал, как разговаривать со своим зверем, договариваться с ним, — развел руками ректор. — Только так можно жить и не бояться, что превращение накроет в самый неподходящий момент.