В тени огромного древнего здания Лейнард чувствует заполненную силой воздух. Его дыхание медленное и равномерное, как у покоящейся в руинах Марины. Просыпавшись после мистического ритуала обретения илмийского тела — Тетушки, он ощущает на себе новую, но еще не полностью осознанную силу, готовящуюся выйти наружу, переродить мир вокруг....
Не тогда, когда вытягивал магию из членов своего рода.
И отчасти был готов к тому, что при очищении душ окажется больше десяти. Мне ведь изначально показалось странным и концентрация гадких душ, и их сплоченность.
Их было не десять, сотни душ каким-то образом, объединившихся в десять тварей. Сотни душ слагавшие одно ядро — один дух, и распавшиеся при очищении.
И всех их сейчас нужно отправить на перерождение… Но сначала собрать кристаллы, собрать, впитать и…
Мощный удар и я буквально вбиваюсь спиной в землю.
Ведь я успел открыл путь… Эти души ему не достанутся.
Боль оглушала, все плыло перед глазами, в клубе из магии я пытался разглядеть лицо в небе… Но видел лишь размытые три пары крыльев… Тьмы, света и стихий —переплетение воды, огня, земли и воздуха. Мешавшие своим блеском чистой энергии разглядеть лицо.
— Род, Ашта… — сознание уплывало, жизнь утекала вместе с магией, но я успел приказать прежде, чем отключиться. — Сириус, кокон…
Глава вторая
Голоса вкручивалась в сознание надоедливыми мошками, обрывками фраз, незаконченными словами… Я слышал их и не слышал одновременно.
— Мэнор, держи крепче! — гневный приказ тетушки чуть встряхнул и меня.
Видел ли я когда-нибудь тетушку в такой ярости? Не доводилось, и слава богам!
Но вот со стороны посмотреть хотелось, тем более на то, как тетушка руководит главой рода Даррак.
Однако все попытки были тщетными.
Веки отяжелели настолько, что я даже не понимал, а я есть ли они у меня вообще?
Тело не собиралось подчиняться. Я его совершенно не ощущал. Но абсолютно точно был жив.
Будь я лишь душой без телесной оболочки, то видел бы все, что происходило, перемещался бы в пространстве и в итоге был бы направлен на перерождение ликвидатором.
Значит меня погружают в стазис и скоро сознание снова померкнет, будучи усыплённым властной тётушкиной магией.
— Сириус, — мысленно позвал я.
Мог бы и вслух прокричал.
— Сириус…
Страх накрыл удушливой волной. Я жив, а мой иллами? Он стал платой за мою жизнь?!
Я перестал слышать голоса родных, погружаясь в беспросветную пучину.
