Но я не буду ничего выяснять.
– Почему? Надо найти его и сказать…
– Нет.
Девушка сказала это так резко и твердо, что Лариса невольно осеклась.
– Ничего не нужно. Я не буду его искать.
– И ты это так оставишь? Тебя же изнасиловали, ты это понимаешь? Тебя лишили девственности, да еще и беспомощным состоянием воспользовались. Это же уголовная статья! Сегодня же пойди в милицию и напиши заявление, слышишь?
– Нет. Никуда я не пойду. Спасибо вам за участие. До свидания.
Она повернулась и пошла прочь.
– Погоди! – крикнула ей вслед Лариса. – Ты же без пальто!
Девушка молча вернулась в здание и через несколько секунд вышла на улицу уже в пальто. Так же молча прошла мимо Ларисы и исчезла за поворотом.
Вот и все. Как же ее звали? Нет, Лариса не вспомнит. Даже если обратиться в консультацию, то медицинскую карту теперь не найдешь. Столько лет прошло, карта наверняка уже уничтожена. Да и консультации этой скорее всего уже нет, за двадцать семь лет столько изменений всяких произошло…
Но трое молодых веселых студентов, один из которых стал мужем Ларисы, наверняка знают, кто эта девушка и где ее искать.
* * *"
"Немного поразмыслив, Лариса Томчак пришла к выводу, что все не так просто, как ей показалось с самого начала. Она была весьма хладнокровной женщиной и никогда не пыталась сама себя обманывать, поэтому быстро сообразила, что воспользоваться состоянием опьяневшей и крепко спящей девушки мог кто угодно в той новогодней компании, в том числе и один из троих друзей. Думать о том, что это мог сделать и сам Томчак, было неприятно, но исключать такую возможность Лариса не могла. Конечно, самым идеальным вариантом было бы точно установить, что это сделал Стрельников, вот тогда можно было бы наконец свернуть ему шею и расквитаться за все, что ей пришлось вытерпеть из-за его дружбы со Славой. Но как бы там ни было, спрашивать о девушке в белом свитере у мужа нельзя. Если несчастную девочку изнасиловал кто-то из троих друзей, толку от таких расспросов не будет, нечего и пытаться. Слава назовет ее имя только в том случае, если они ко всей этой истории отношения не имеют и вообще не знают о ней. Надо бы все-таки постараться и вспомнить ее фамилию.
Лариса была уверена, что сможет вспомнить имя, если ей его назовут. Сколько лет было девушке? Она сказала – девятнадцать. Значит, второй-третий курс, скорее даже второй. А что, если попробовать узнать в институте? Она подумала, что в институте, как правило, дружат группами, значит, девушка скорее всего училась в одной группе со Славой, Геной и Володей. Уже легче. Только вот дадут ли в институте такую справку? Списки студентов хранятся в архиве, и мало кто захочет за просто так копаться в старых пыльных бумагах.