Купив огромную коробку конфет и бутылку дорогого коньяка, она отправилась в деканат института, который в 1972 году закончили Томчак, Леонтьев и Стрельников. Получить нужную информацию оказалось вовсе не так сложно, как она предполагала, конфеты и коньяк оказались действеннее самых слезных и красноречивых просьб, и уже часа через два Лариса получила список студентов того курса, на котором в 1969 году учился ее муж. Она хорошо подготовилась к походу в деканат и заранее подумала о том, что девушка могла и не заканчивать институт вместе со всеми, если решила рожать ребенка и брала академический отпуск. Поэтому спрашивать следовало не списки выпускников, среди которых ее могло и не оказаться, а более ранние списки, например, второго или даже первого курсов. Кроме того, Лариса по собственному институтскому опыту знала, что если на последнем курсе начиналась специализация, то группы переформировывались, и студенты, первые три или четыре курса отучившиеся в одной группе, на последнем году обучения оказывались в разных группах.
Получив требуемые списки и отыскав глазами знакомые фамилии, Лариса убедилась, что все трое друзей – Томчак, Леонтьев и Стрельников – учились в группе номер четыре, и стала внимательно вчитываться в женские имена. Имя девушки в белом свитере вспомнилось легко, как только Лариса наткнулась на фамилию Цуканова. Да, конечно, именно Цуканова. Надежда Романовна Цуканова. Еще тогда, двадцать семь лет назад, она отметила про себя, что зовут пациентку так же, как директора медучилища, которое заканчивала сама Лариса, та тоже была Надеждой Романовной.
Значит, Цуканова Надежда. Что ж, уже легче. Фамилия не очень распространенная, год рождения есть, имя-отчество тоже. Можно попытаться. Конечно, очень не хочется, чтобы виновником той некрасивой истории оказался Томчак. Может быть, лучше вообще не знать об этом? Они прожили в браке двадцать четыре года, прожили хорошо, почти без ссор, правда, детей не было, но все равно брак их был крепким, устойчивым и по-человечески теплым… Стоит ли рисковать всем этим ради призрачной надежды «удавить» ненавистного Володю Стрельникова?
Стоит, решила Лариса. Всегда лучше знать правду.
* * *Письма, обнаруженные на даче у Томчаков, привели следователя Ольшанского в полное изумление. Это была не любовная переписка, а скорее, так сказать, ознакомительная."
"«Добрый день, Людмила!
Ваш адрес мне дали в агентстве «Купидон». Несколько слов о себе: мне 42 года, я был когда-то женат, но неудачно, детей у меня нет. Всю жизнь я искал женщину, которая соответствовала бы моему идеалу: ласковую, спокойную в жизни, но необузданную в любви. К сожалению, мне пока не везло, но я надеюсь, что встреча с вами станет праздником, которого я так долго ждал.