Вникай в обстановку по ходу дела, как и полагается десантнику. Где служил, за что награды?
Новиков обстоятельно перечислил места, в которых воевал, хотя все они были занесены в его послужной список.
— Нахлебался, — резюмировал подполковник.
Выставил на стол зеленую бутылку с желтой этикеткой.
— Виски… — любовно погладил Пирогов пузатую емкость. — «Джэй энд Би». Моя печень другого не переносит.
Разлив виски по пластиковым стаканам, командир центра помрачнел.
— Перессорились с половиной мира, — медленно процедил подполковник. Скоро и в собственной стране бардак устроим.
Из окна было видно, как на плацу маршировали солдаты.
Коротко стриженные, одетые в камуфлированную форму с подвернутыми по локоть рукавами, они самозабвенно горланили:
Пирогов прикрыл створку окна.
— Слушай внимательно… — доверительно начал он. — Черные нас ненавидят. Я прополз на брюхе почти по всей Африке южнее Сахары. Был советником в Бенине, Анголе, сопровождал поставки оружия в Эфиопию и Мозамбик. Для них белый человек остается биологическим врагом. Марксистско-ленинская идеология нужна им как кожура от банана. Ты знаешь, что такое трайбализм?
— Межплеменная вражда, кажется, — продолжил Новиков.
— На ней замешена вся политика в Африке. Одни племена объявляют, что они за коммунизм, другие — что за капитализм, третьи — за черта лысого. Это умные «блэки»! Они получают оружие от благодарных учителей. Глупые тоже желают воевать автоматами, огнеметами и реактивными установками. Но они колеблются, чье оружие лучше: американское, советское или китайское. И пока не определятся, воюют копьями да стрелами. А когда выберут, черные объявляют себя бастионом социализма, капитализма, третьего пути на континенте и требуют немедленных поставок вооружения. Катаются в Союз да в Штаты, твердят о верности, требуют оружие — иначе, мол, их живьем съедят враги и некому будет отстаивать правое дело. Мотай на ус, Новиков!
— Интересный у вас взгляд на мир, товарищ подполковник.
— А ты в Афгане не дошел до этих выводов собственным умом? Веришь в интернациональный долг?
Виктор решил платить откровенностью за откровенность.
— Была вера, и вся вышла. Погасла… — горько усмехнулся старлей.
— Это точно… — Подполковник потер виски и подумал про себя: «Научишь на собственную голову, а затем воевать против них и отправишься…»
Приставленный к Новикову переводчик Миша Суров оказался ровесником новоиспеченного инструктора.
