Капитан ничего не сказал, но судя по тому как отвёл глаза, парень мёртв. Скорее всего действительно сгорел, только сразу не нашли. Непонятно, правда, о какой тайне следствия идёт речь, если всех кого нужно поймали.
— Так, значит сейчас езжай к своему шефу, пообщайся, и домой. Я тебя там буду ждать. Усёк?
— Усёк. Только на чём ехать-то? Автобуса не дождешься, а если и дождешься, обратно-то как?
— Машина твоя во дворе стоит, помята, правда, но на ходу. Окошко залепить только, вон, хоть полиэтиленом — открыв ящик стола, капитан достал сложенный на манер конверта пакет, а из другого ящика вытащил моток изоленты.
Поблагодарив и забрав предложенные для ремонта «ингредиенты», я вышел из опорника, и пройдя мимо так и торчащих на крыльце майора с подполом, прошёл к своей девятке.
Действительно не так страшно как показалось поначалу. Удар пришелся справа в заднее крыло, разбит фонарь, чуть примята дверь и лопнул бампер. Повреждения существенные, но не критичные. Кое-как пристроив пакет на разбитое окно, я сел за руль и завёл мотор. К вечеру хорошенько похолодало, поэтому прежде чем ехать, дождался когда немного прогреется и подует тепленьким. Панель здесь низкая, печка работает хорошо в отличии от моделей с высокой.
Подъехав к дому Патрина, долго ждал пока мне откроют, и потом ждал когда выйдет сам «шеф».
— Что-то случилось? — кутаясь в халат, спросил он.
— Деньги украли. Выручку за три дня. Машину протаранили грузовиком, и пока мы соображали, сумку и увели.
— Кто? — на лице Патрина не дёрнулся ни один мускул.
— Не знаю, в масках были. Непонятно даже сколько человек, слишком быстро всё произошло.
— Да, Иван в больнице, приложило его сильно, а Юра в ментовке, забрали до выяснения, без документов был.
Патрин задумался, и спустя пару минут сказал,
— Ладно, сейчас давай домой, завтра часикам к десяти в ресторан подкатывай, машина-то на ходу?
— Ну тогда всё, утро вечера мудренее, бывай.
Еженедельник «Аргументы и Факты» № 4. 01.24.1991
Официальная дезинформация (фрагмент)
Судя по светящимся окнам квартиры — а времени уже было хорошо за двенадцать, капитан не обманул, на самом деле дожидаясь меня дома. Зашёл, ну точно, ботинки сорок восьмого размера стоят посреди прихожей.
Разделся, повесил на вешалку куртку, снял шапку, обувь, и на кухню. Стол, на нём бутылка, рюмки, пара вскрытых банок с соленьями, хлеб, сало. Отец с капитаном пьют горькую, и судя по стоящей у стены пустой таре, приняли уже прилично.
— Доброй ночи. — поприветствовал полуночников я.