Они бросали на меня нервные взгляды, прекрасно зная, кто я такой.
Я последовал за ними внутрь, но остался в коридоре, когда они вкатили Валентину в процедурный кабинет. Она снова ободряюще улыбнулась мне. Как только она исчезала, я провел рукой по волосам и резко выдохнул.
Энцо поспешил в мою сторону.
— Мы следим на предмет подозрительных действий, Босс, — он сделал паузу, глядя на меня. В его карих глазах мелькнул намек на сочувствие. — С ней все в порядке?
— Ее сейчас осматривают врачи.
— Уверен, что с ней и ребенком все будет в порядке.
Я коротко кивнул, не желая демонстрировать, как сильно это волновало меня. Энцо кивнул и ушёл. Я был счастлив побыть наедине, даже если это вновь дало мне время возненавидеть себя. Вскоре Джованни и Ливия бросились ко мне по коридору. Мать Вэл открыто плакала, и Джованни пришлось поддержать ее, обняв за плечи. Когда они подошли ко мне, Ливия крепко заключила меня в объятия. Я дотронулся до ее спины. Джованни виновато улыбнулся мне.
— Как она? — спросил он.
Ливия отстранилась, но продолжала сжимать мои руки.
— У меня еще не было возможности поговорить с врачами. Они все еще осматривают Вэл.
Ливия шмыгнула носом.
— Боже, не могу вынести мысли о том, что наша милая Вэл потеряет своего ребенка.
— Она не потеряет, — твердо сказал я.
Джованни оторвал Ливию от меня и прижал к себе.
— Все будет хорошо, Ливия.
Дверь в процедурный кабинет открылась, и оттуда вышел один из врачей, а за ним и второй. Они обменялись взглядами, после чего один из них поспешно удалился, оставив своего коллегу разбираться с нами. По выражению его лица было ясно, что он с неохотой согласился.
— С ребенком все в порядке? — выпалила Ливия, прежде чем он успел что-то сказать.
Джованни предупреждающе сжал ее плечо, но она смотрела только на доктора.
Доктор повернулся ко мне.
— Да, нарисуйте мне полную картину. Ничего не приукрашивайте.
Он поморщился от моего тона.
— У вашей жены случился преждевременный разрыв плодных оболочек. Она и ребенок здоровы, но для того, чтобы все так и оставалось, ей необходимо как можно больше отдыхать.
Джованни улыбнулся своей жене, их облегчение было очевидным.
Как только доктор дал мне четкие инструкции, как действовать дальше, он ушел.
— Иди, — сказал Джованни. — Уверен, что вы с Вэл хотите немного побыть вместе.
Я зашёл в палату. Вэл выглядела бледной, но мягко улыбнулась мне. Я пообещал себе защищать ее и малыша любой ценой, чтобы дать Вэл то, что она заслужила.